Прекрасные дьяволы

Но когда вышел, люди меня зауважали.

– О, – выдыхаю я, крепче вцепляясь в диван. – Значит, это число много для тебя значит.

– Это символ того момента. В тот день я решил, что больше никогда не буду жертвой, и взял жизнь в свои руки.

Я с трудом сглатываю, понимая, как много для него должно значить то, что он рассказывает мне об этом. Когда я спросила его в первый раз, он не сказал, почему выбрал именно такой эскиз, и я рада узнать всю историю, какой бы мрачной она ни была.

– Спасибо, что рассказал, – бормочу я.

На его лице появляется намек на улыбку, и Мэлис останавливается, стирает немного крови и чернил, чтобы лучше разглядеть новое дополнение к моей татуировке. Когда он снова приставляет пистолет к моей коже, я вздрагиваю, боль возвращается. Мэлис несколько раз проводит по одному и тому же участку, и мне приходится прикусить губу, чтобы не застонать от боли. Я делаю глубокие, ровные вдохи, пытаясь заставить себя расслабиться.

– Потрогай себя, – инструктирует Мэлис, его глаза поднимаются и встречаются с моими, в тусклом свете они кажутся почти черными.

Сердце просто заходится, в голове проносятся миллионы воспоминаний одновременно. Я отпускаю спинку дивана, чтобы сделать, как он говорит, но тут Мэлис хватает меня за запястье свободной рукой, задерживая мой взгляд всего на секунду.

– Не позволяй себе кончить, – добавляет он. – Пока я не закончу.

Я киваю, облизывая губы, и он отпускает меня.

Клитор пульсирует, я становлюсь влажной. Я не тороплюсь, скользя пальцами по складочкам и слегка дразня клитор.

Чувствую себя развратной, делая это прямо здесь, в гостиной, пока Мэлис стоит передо мной на коленях, добавляя татуировку к моей груди. Но в то же время я чувствую себя красивой и сильной, делая то, что раньше вызвало бы у меня столько стыда.

Тело гудит в такт с татуировочным пистолетом, когда я прикасаюсь к себе, дразня чувствительную горошинку медленными круговыми движениями, от которых у меня перехватывает дыхание. Я изо всех сил стараюсь не двигать бедрами, не желая слишком сильно дергаться и испортить работу Мэлиса.

Я вгоняю в себя еще один палец, чуть подразнивая, но достаточно глубоко, чтобы почувствовать его. С губ срывается стон.