Прекрасные дьяволы

Мэлис был дерзким и приводил в бешенство, давил на меня и раздвигал границы дозволенного, как он всегда это делает.

– Нам нужно уложить его куда-нибудь, – говорит Рэнсом. – Пока он сам не шлепнулся.

Я киваю, позволяя его словам подтолкнуть меня к действию. Если просто стоять и шокированно пялиться на них, это ничему не поможет, поэтому я быстрым жестом приглашаю их следовать за мной в спальню.

– Положите его на кровать, – приказываю я, и Вик с Рэнсомом помогают ему.

– Стойте, – сопротивляется Мэлис, морщась и качая головой.

 – Я запачкаю кровью твои простыни.

Я недоверчиво смотрю на него.

– Что ты… Меня это сейчас не волнует!

Мэлис удерживает мой взгляд своими грозными глазами, его челюсть сжимается, а по рубашке тянется полоска крови. Я не знаю, что за хрень творится у него в голове, но он наконец сдается и принимает лежачее положение, морщась от боли.

Рэнсом садится на кровать рядом с ним и разрывает его рубашку, обнажая кровавую рану на торсе Мэлиса. Она на боку, чуть выше правого бедра, и я не могу отвести от нее взгляд, поскольку из раны тихонько вытекает кровь.

– Я… – Голос срывается. Мне приходится с трудом сглотнуть, чтобы выдавить слова онемевшими губами. – У меня нет аптечки первой помощи.

Рэнсом одаривает меня улыбкой, которая далеко не так ярка, как его обычная обаятельная, и поднимает сумку на ремне.

– Не волнуйся об этом, красавица. Мы всегда готовы к такому дерьму.

Есть что-то пугающее в том факте, что эти трое парней чувствуют необходимость быть готовыми к подобной травме, но я не говорю этого вслух.

Вместо этого просто стою в изножье кровати, чувствуя себя бесполезной, пока Рэнсом встает, а Вик занимает свое место на матрасе рядом с Мэлисом.

Сначала я держусь на расстоянии, но, когда Виктор приступает к работе, невольно придвигаюсь ближе, не в силах сдержаться.

Порывшись в аптечке первой помощи, он со своей обычной аккуратностью начинает промывать рану, используя марлевые тампоны, пропитанные антисептиком.

Мэлис даже не шевелится, пока его брат обрабатывает рану, но в его глазах ясно читается боль. Он смотрит в потолок, сжав руки в кулаки, в то время как Вик быстро и эффективно начинает зашивать его.

Я не могу отвести взгляда от этого зрелища, поэтому подкрадываюсь к краю кровати, еще ближе. Руки Вика тверды и уверенны. Он вводит иглу, протягивает ее и шовную нить через кожу Мэлиса, соединяя разорванную плоть с обеих сторон.