– И последнее, конференция «Джей Ти Миллер» по маркетингу в Сан-Диего в следующем месяце, – сказала я, внезапно проявляя большой интерес к каракулям в своем календаре.
Последовавшая за этим пауза, казалось, тянулась целую вечность. В конце концов я подняла голову, чтобы проверить, почему мистер Райан так долго молчит. Он смотрел прямо на меня, постукивая по столу золотой ручкой. Лицо его ничего не выражало.
– Вы будете сопровождать меня? – спросил он.
– Да.
От этого единственного слова по комнате растеклось гнетущее молчание.
Я понятия не имела, о чем думал мой босс, когда мы вот так глядели друг на друга.
– По условиям стипендии «Джей Ти Миллер» я должна посетить эту конференцию. И, э-э, я думаю, что вам будет полезно, если я буду там и, э-э, помогу разобраться с делами.
– Сделайте все необходимые распоряжения, – сказал он, ставя последнюю точку в разговоре, и снова принялся печатать на компьютере.
Решив, что на этом все, я встала и направилась к двери.
– Мисс Миллс.
Обернувшись, я взглянула на него.
Хотя мистер Райан и не смотрел на меня, мне показалось, что он нервничает. Это было уже что-то новенькое.
– Мама попросила меня пригласить вас поужинать вместе с нами на следующей неделе.
– Ох! – я почувствовала, как на щеках выступает яркий румянец. – Пожалуйста, передайте ей, что я сверюсь со своим расписанием.
Я снова развернулась к двери.
– Мне сказали, что я обязан… настоять на том, чтобы вы приняли приглашение.
Медленно обернувшись, я обнаружила, что теперь он смотрит прямо на меня и выглядит при этом весьма сконфуженно.
– И почему вы обязаны это сделать?
– Ну, – сказал он, откашлявшись, – насколько я понял, она хочет вас с кем-то познакомить.
А вот это точно что-то новенькое. Я была знакома с семейством Райанов уже много лет, и, хотя Сьюзан могла походя упомянуть чье-то имя в разговоре, она ни разу не пыталась устроить мою личную жизнь.
– Ваша мать пытается меня с кем-то познакомить? – спросила я, возвращаясь к его столу и скрещивая руки на груди.
– Похоже на то.
Что-то в его лице противоречило небрежному тону ответа.
– Зачем? – спросила я, подняв бровь.
Он раздраженно нахмурился.
– Откуда, черт возьми, мне знать? Не то чтобы мы ежевечерне обсуждали вашу персону, – прорычал он. – Может, она беспокоится, что с таким искрометным характером вы останетесь старой девой в расхристанном халате и с полной котов квартирой.
Наклонившись и упершись ладонями в его стол, я злобно уставилась на него.
