Онлайн-библиотека книг
Шинейд кивнула, а затем задумалась. Она могла только держать поводья и удерживать Блейка. Малыш Джордж разрешил проблему, забрав у нее поводья. Шинейд быстро перетянула талию мужа так туго, как только могла. Услышав его болезненный вскрик, она поморщилась, но не прекратила затягивать рану. Девушка понимала, что причиняет ему боль, ноне могла позволить ему потерять много крови. Шинейд быстро осмотрела дуплет и, заметив, какое количество крови он потерял, ощутила в груди липкий, холодный страх. Понимая, что это лишь малая часть, а спереди ее и того больше, она почувствовала еще и боль.
— Можно ехать быстрее! — выкрикнула Шинейд, забирая поводья коня у Малыша Джорджа и посылая животное вперед с максимальной скоростью. Скачки в ночи были опасны, причем не только для седока. В темноте можно было не заметить какой-либо помехи или животное могло споткнуться или оступиться. Но на этот риск они шли сознательно. Шинейд ждала этого мужчину так долго, что будь она проклята, если позволит Блейку оставить себя вдовой, истекая кровью на ее руках.
Шинейд мчалась с убийственной скоростью, оставляя преследователей далеко позади, но жеребец Блейка был не в состоянии долго поддерживать такой темп. Со временем, возможно, из-за их двойного веса, конь начал замедлять шаг. Элдра со своим мужем тоже придержали своих лошадей. Блейк заваливался на нее все больше и больше, пока ей не пришлось держать его полностью, потеряв возможность оглянуться на преследователей. Их медленно, но верно нагоняли. Когда Шинейд услышала стук копыт позади, она уже решила, что они не успеют добраться до замка.
Шинейд едва не разрыдалась от облегчения.
Они были на полпути между лесом и замком, когда Шинейд заметила, что стук копыт позади смолкает. Вероятно, их преследователи решили остановиться и прекратить погоню.
В то время как Малыш Джордж кричал охранникам на стенах, кто именно приехал, и сообщат, что Шеруэлл ранен, Шинейд обернулась и заметила, что последние преследователи исчезли в лесу. К счастью, тот, кто был в охране этой ночью, узнал произнесенное имя и приказал опустить мост. Казалось, что это будет длиться вечно.
