Просовываю большой палец в её кулак и обхватываю пальцы задеревеневшие. Юля руку не вырывает, уже хорошо.
- Что случилось, Юль, пока меня не было? – спрашиваю приглушенным голосом, не хочется давить, когда она в пришибленном состоянии.
Юля из стороны головой качает, плотно губы сжимая. Несколько секунд тишина нас поглощает.
- С Ярой что-то не поделили? – вполне вероятно. Они очень похожи, стал понимать это только недавно. Не самые общительные барышни. Как известно, мы редко поощряем присущие нам самим черты в других людях.
- Нет, она хорошая. Очень добрая, но не приставучая. Я рада, что ты нас познакомил, - из уст Юли это звучит почти как признание в любви. Не уверен, что она может сказать, что рада знакома нашему с ней знакомству."
"- Из-за чего тогда ты тут заперлась?
- Несправедливость меня угнетает сильнее, чем вид вспоротой грудной клетки, - свободной рукой Юля рукой проводит по лицу. – Это ужасно. Беззащитность невиновных перед системой.
- Как бы ни было смешно – мы живем в правовом государстве.
Отсутствие человечности в некоторых, отдельно взятых, субъектах сказывается негативно, малышка. Но всё в наших руках.
Юля издает смешок сдавленный.
- Ну всё, прекращай. Обещаю, что решим вопрос с пацанами. Без судимостей, - дополняю себя. Наклоняюсь и касаюсь губами тыльной стороны её ладони. – Все усилия приложу, лишь бы ты не расстраивалась. Можно считать - им повезло, так совпало, что как раз в этот момент мне надо произвести на девушку впечатление.
Не успеваю понять, как это происходит, но Юля уже виснет на моей шее, чуть ли на пол не заваливая.
А почему бы и нет? Специально откидываюсь навзничь, тяну Юлю за собой. Касаясь затылком пола, мысленно прошу неизвестные силы о том, чтобы горничные Алеева были ответственными - тщательно влажную уборку проводили и своевременно.
- Ты ведь мог удержаться, - со показным укором Юля шепчет мне в шею.
- Не захотел, - стискиваю её в объятьях, чтобы ненароком она с меня не свалилась. – Как по мне – мы чудесно устроились.
- Димочка. Четвёртый десяток.
Встряхиваю негодяйку.
- Вообще-то неприлично напоминать мужчине о его возрасте.
- А седина на висках тебе о нём не напоминает? – спрашивает с вызовом.
- О, да я посмотрю, ты охренела, малышка, - резко, всё также крепко держа свою ойкающую ношу, поднимаюсь с пола. – Будем перевоспитывать, - звонко шлепаю её по заднице.
В несколько шагов преодолеваю расстояние до кровати и кидаю её на матрас. Юля почувствовав под собой поверхность, старается отползти.
