От меня не ускользнул тот факт, что Милена – единственная из всей семьи, кого Бьянка представляет лично. С остальными я лишь обмениваюсь несколькими быстрыми кивками, что не так уж странно, учитывая, что меньше месяца назад мы пытались убить друг друга. Милена поворачивается, чтобы сказать что-то Бьянке, когда в зале раздается выстрел.
БьянкаБуквально через секунду после того, как воздух пронзает звук первого выстрела, чья-то сильная рука обхватывает меня за талию. В следующее мгновение я уже прижата к полу рядом с Миленой, а Михаил, склонившись над нами, защищает нас своим телом от огня.
– Служебная дверь. Только не высовывайтесь. Быстро! – кричит он, перекрывая шум выстрелов и крики людей.
Мне удается выпутать ноги из шлейфа платья, подхватить ткань одной рукой и ползком, как только могу, следовать за Миленой к двери в нескольких футах от нее. Как только я оказываюсь в узком коридоре, прислоняюсь спиной к стене и крепко обнимаю Милену. Она вся дрожит от страха, ей трудно дышать, впрочем как и мне.
Я бросаю взгляд в сторону двери, ожидая увидеть там Михаила, но его нет с нами в коридоре.
Раздается еще два быстрых выстрела, после чего стрельба прекращается, и теперь единственное, что я слышу, – это мужские крики и женские вопли. Я жду пару секунд, затем возвращаюсь к двери и заглядываю в комнату. Там царит хаос.
Люди в панике бегут к двойным дверям в другом конце зала, не обращая внимания на окружающих. Пожилой мужчина, в котором я узнаю одного из двоюродных братьев моего отца, неподвижно лежит в луже крови.
Неподалеку от него на полу сидит женщина, а по обе стороны от нее на коленях стоят двое мужчин, один из них сжимает ее окровавленную руку. Похоже, что многие люди в комнате пострадали либо от пуль, либо от давки, но больше не видно мертвых или серьезно раненных. Несколько мужчин ходят по комнате с оружием наготове, осматривая раненых. Я узнаю в некоторых из них тех, кто был с Михаилом, но остальные – это люди моего отца.
В стороне, у стены, стоит Михаил в окружении людей, собравшихся над распростертым на полу телом официанта.
Я наблюдаю, как он убирает пистолет в кобуру, спрятанную под пиджаком, и приседает рядом с телом. Он расстегивает правый рукав покойного и задирает его, осматривая предплечье. Подходит мой отец и встает рядом с Михаилом. Несколько секунд они что-то обсуждают, затем Михаил поворачивается и направляется ко мне.
– Иди к своему отцу, Милена, – обращается он к моей сестре, а затем поворачивается ко мне: – Сюда.
