Престидижитатор Сталина

Ах да, еще британский линкор деревянный, а мой корвет выстроен из трехсантиметровой броневой стали…

Варить толстую сталь мне пришлось научиться еще когда я большие домны строил. Не сразу, конечно, хорошо получилось — но когда получилось, то сразу в двух ПТУ стали сварщиков готовить. А еще в одном — электриков, которые при нужде и генератор починить могли бы, и вообще умели с электричеством работать. Так что когда пришла пора строить стальные корабли, в сварщиках у меня недостатка уже давно не было.

И не только в сварщиках.

Есть замечательное лекарство под названием уротропин. Само по себе оно ничего не лечит, но в организме разваливается на аммиак и формальдегид, и последний всех микробов и приводит к общему знаменателю. А делается этот уротропин очень просто: берется сколько нужно аммиака и смешивается с требуемым количеством формальдегида. На самом деле не очень просто, но все равно проще, чем об этом рассказывать.

Главное достоинство уротропина заключается в том, что если его полить азотной кислотой, то он немедленно превращается в циклотриметилентринитрамин.

Тоже вещь очень полезная, народ (в моем лице) ее очень любит и ласково именует гексогеном. И вот если этот гексоген аккуратно смешать в нужных пропорциях с толом и церезином, то заправленный такой смесью снаряд для стамиллиметровой пушки британский линейный деревянный корабль превращает в груду щепок. А вот ядро от пушки британского линкора даже вмятины не оставляет на корпусе русского корвета…

Но сказать, что битва обошлась без потерь с русской стороны, было бы неверно: где-то через час после начала ядро, выпущенное с французского парового фрегата, попало в ствол пушки на одном корвете и пушка испортилась.

Вообще-то в трюме лежали и запасные пушки, но в бою их менять было просто некогда.

Где-то через полчаса после начала процедуры избиения младенцев корабли «союзников» начали спускать флаги. Не догадываясь, что в плен их брать вообще-то никто не собирается…

К тому времени, когда все корабли «союзников» превратились в мелко наколотые дрова, из Котки подоспели катера береговой охраны.

И ребятишки из береговой охраны отдельно проследили за тем, чтобы интервенты русские берега не осквернили своим присутствием. Как говорится, хорошо, когда над тобой не довлеют традиции: экипажи моих корабликов на Балтике набирались полностью из рыбаков Белого моря, а там ребята сантиментами не страдают.