Превосходство Пробужденного. Том 3

Слова, которые мне пытаются сказать, не имеют смысла. Главное — покой и единение с собой.

Открываю глаза, смотрю на Кевина:

— Да ничего, блин. Ты чего с Аннетой сделал? У нее вид, как у убитой горем Дездемоны. Как ты собираешься встретиться с членами клуба, если планируешь помереть?

— Я не планирую помереть.

— Ну конечно. Это тебе не шпионский детектив, Киба и…

Поднимаю руку, вздыхаю:

— Хватит, Кевин, ты принес то, что я просил?

— Нет! Я поспрашивал у наших, и ты ничего не сможешь сделать с углекислым газом.

— Помнишь же, в Яму разрешают взять пару вещей. Я даже не знаю, противогаз надень. Они всегда есть в наличии. Но я не знаю, какой вид дряни использует Патрик. Когда я смотрел на его поединок, силачам это не помогло. Воздух в куполе был зеленым. Никто не знает, что это была за дрянь.

— Понятно, — повторяю я, закрывая глаза. — Мне противогаз не нужен.

— Что? Но… я сдаюсь, — машет рукой Кевин. — Ты сам все знаешь, как всегда. Ставки на тебя, кстати, чуть возросли. Мд-а. На пару процентов.

— Много народу собралось? — кладу руки на колени, стараюсь не шевелить ничем, кроме губ.

— Дохрена. Треть школы точно. А ноют, что нищие. Сто ОВов за билет это немало. У тебя, кстати, остались очки на взнос за поединок? А то может получиться очень неудобно.

— Наскребу. Ладно, меня больше не беспокоить, я тут… делом занимаюсь. Никому не говори, что я тут. Особенно Аннете.

Кевин еще какое-то время смотрит на меня, тяжело вздыхает и молча выходит. Я же остаюсь… почти один.

Продолжаю тренировку. Я не просто так выбрал это место. Тут должно быть шумно. И чтобы на меня смотрели. Мешали, но не настолько, чтобы выбивать из транса. Ведь у меня будут намного хуже условия, как только я выйду в Яму.

О жучке в шее я стараюсь не думать. Придет и его время. Вытаскивать, конечно, не буду. По крайней мере так скоро. Сначала накидаю столько информации, что у Георгия Александровича мешки появятся не только под глазами.

Вдоох… выдох… вдох… выдох…

— Извините, вы Костя Киба?

— Константин, — поправляю я, приоткрываю один глаз.

Шум, гомон, топот. За пределами раздевалки за считанные минуты будто вырос вулкан. Или два вулкана, изрыгающие учеников.