Превосходство технологий (СИ)

Куски хлеба — сложная смесь дикорастущих зерен, собранных хоб, перемолотых и испеченных караваем. Вкус не как у чёрного хлеба моей молодости, но очень близко. Ну, и последнее — сало. Прожилочки мясные, чесночный шпик, перчик. Отдельно лучок стрелками…

— У-ур… — оскалился Рамзес, — Да тут целый ритуал, похоже!

— А то! Не чайная церемония, но для понимающего человека не менее сакральная…

Вот держи, — я сунул ему трезубую серебряную вилку в руку, — Значит, запоминай! После "слова" стукаемся чарками! Это называется — чокаться! Затем опрокидываешь её в пасть и обязательно занюхиваешь хлебушком! Далее накалываешь на вилку, что приглянулось и закусываешь.

Заостряю внимание, это, — я указал на тарелки, — не еда!

— Не еда? — переспросил удивлённый Рамзес.

— Не еда! Это — закуска!

— Да? А очень похожа на еду…

— Закуска! Её не едят, ей закусывают. Сейчас сам поймёшь.

— Ну, — я поднял стопку, — Чтоб у нас всё было, но ничего за это небыло! Давай…

И влил в себя алхимический раствор! Занюхнул хлебушком и отправил в рот хрустящий грибок! Ах! Как мягко пошла…

Рамзес, копируя меня, проделал все манипуляции практически зеркально.

Только в пасть закинул пластинку сала. А занюхал так, что хлеб к носу присосало!

— Хм-м… — протянул шакалоголовый, прислушиваясь к внутренним ощущениям.

— Оч-чень интересно…

— Давай, — я опять наполнил стопки ещё раз, — Для закрепления материала. У нас говорят, между первой и второй перерывчик небольшой!

— А знаешь, брателло, изрядно. Тепло такое внутри образовалось приятственное, мягкое.

И закуска, да! Осознал! Не еда — закуска! По третьей? — глянул на меня Рамзес вопросительно.

— По третьей! Однако, и по последней. Во-первых, само по себе не стоит частить. Обычно, между второй и третьей уже начинаются неспешные разговоры обо всём. Что постепенно перерастают, соответственно количеству опрокинутых чарок, в "разговоры задушевные"…

— М-м… — подивился Рамзес.

— Да! Они могут перейти в фазу "уважительных разговоров". Для этого даже есть специальная фраза: «Ты меня уважаешь?».

После чего, не всегда, но случается, наступает фаза "выяснения отношений", и как апофеоз — мордобой.

— Во как! — восхитился собак.

— Но могут и не перейти, — кивнул я, продолжив, — Тут от многих факторов зависит. Предшествие финалу — фаза «земля, здравствуй!». Гравитация, брат, беспощадная сука! Вырывает из рядов отважных пьюнов рано или поздно даже самых стойких. Финал — похмелье!

— Самая страшная фаза! Самая, брат! Лучше тебе не знать.