Презентация ящика Пандоры

Профессор берет кровь у тех, кто неизвестно чем заразился, и работает с материалом.

– Кошмар, – ужаснулась Кузнецова. – А вдруг там есть человек с туберкулезом?

– Находил таких, – равнодушно отметил Разгонов.

– Находил? – повторила Нина. – Специально? Они не случайно к нам попали с заразой?

– Глупая ты, Нинка, – усмехнулся Разгонов, – это же научная работа, у нас определенный план опытов.

Кузнецова растерялась.

– И чесотку ты ему отыскивал?

– Конечно, – согласился Савелий, – и сифилис, и триппер, и много чего еще.

– Катастрофа, – простонала Кузнецова. – Вдруг вы заразитесь?

– Ерунда, – отмахнулся Савелий, – есть специальные костюмы, перчатки, маски.

– И куда Григорий их потом девает? – спросила Нина.

– Спецодежда утилизируется, – спокойно ответил Разгонов, – есть особые средства. Я занимаюсь уничтожением очень аккуратно. Все по правилам. В контейнере превращаю одежду в пепел.

– Хорошо, что так, – кивнула Нина, – но я имела в виду не шмотки. Про людей речь вела.

Разгонов выпучил глаза.

– Так откуда взял, туда и вернул. На вокзал, например, или на трассу, если проститутка.

– Они же больные! – обомлела Нина.

– И что? – хмыкнул Савелий. – Другой жизни они не знают, привыкли в дерьме сидеть. Огарков крыскам деньги платит. Вот тебе жалеет, а им нет.

– Нельзя людей крысками звать, – возмутилась Нина.

– Они не человеки, они крысы, – повторил Савелий.

– Если девушка зарабатывает обслуживанием мужчин на шоссе и у нее нашли сифилис, то преступно возвращать заразу туда, откуда взяли.

– Нашлась тут совесть человечества, – засмеялся Савелий. – Знаешь, как новое, очень действенное лекарство на людях испытывают? Набирают две группы, все в них больные. В первой используют настоящие таблетки, а во второй сахарные. Внешне они похожи, ни на секунду не заподозришь, что пустышку тебе дали. И что? Те, кто подлинные пилюли получал, в основном выздоровели.

Нина растерянно молчала.

– Люди на краю смерти, есть медикамент, который им поможет, а им таблетированный сахар всучили, – сгустил краски Савелий. – Оно тебе как? Такова наука, детка. Каждый раз, когда ты глотаешь нечто от головной боли, простуды, давления, разве думаешь о тех, кто умер в процессе создания препарата?

– Нет, – прошептала Кузнецова.