Презренная госпожа. Леди-попаданка в деле (СИ)

Ворон улыбнулся шире.

— Твое стремление наказать зло во имя добра, — ответил он загадочно, а я так ничего и не поняла. Выдохнула. Постаралась унять колотящееся сердце.

— Я обещаю подумать над твоим предложением, — произнесла наконец, — и дать ответ в течение трех дней…

В глазах горца мелькнуло удивление и вспыхнула надежда.

— Спасибо, моя дорогая леди, — прошептал он, схватил мою руку и прижал пальцы к своим губам. Мне неистово захотелось свободной рукой зарыться в его блестящие смоляные волосы. И я не отказала себе в этом безумном желании.

Коснулась локона у лба, провела пальцами ниже, остановилась у виска, на котором взволнованно пульсировала жилка.

Ворон отпустил мою руку и посмотрел в глаза таким многообещающим взглядом, что по моему телу пробежала не просто дрожь, а горячая волна жгучего неистового желания…

Глава 36. Сделка века…

Три дня. У меня было всего три дня, а теперь и того меньше. Три дня, чтобы ответить на безумный вопрос: стану ли я женой горца?

Я всё ещё сомневалась, всё ещё боялась ошибиться.

Но разве человек может так искусно лгать? Я ведь не наивная девчонка! Мне не пятнадцать, чтобы верить каждому притворному слову. Моя профессия подразумевает умение разбираться в людях, в тонкостях психологии. Я могу отличить ложь от правды — по взгляду, по мимике, по тону голоса.

Так вот, я не видела лжи. В упор не замечала никакой фальши.

Однако было очевидно, что Ворон что-то скрывает. Впрочем, это естественно. Мы живём в мире, где только дурак расскажет о себе всё. Я ведь тоже скрываю кое-что.

Он и не подозревает, что я из другого мира."

"Разум твердил, что выйти замуж за горца — это сумасшедший риск. Сколько подводных камней может скрываться за этим шагом?

Но сердце… о, это предательское сердце, которое всегда действовало безрассудно, кричало: ""Да!"". Оно безумно хотело совершить эту глупость, как будто жажда и тоска по Ксандеру наконец-то нашли объект, способный их удовлетворить.

Нет, у меня не было банального чувства, будто я предала Ксандера. Он никогда не был моим.

Я просто испытывала к нему чувства. И если сегодня моё сердце перенесло эти чувства на кого-то другого, значит, так и должно быть.

Что же мне делать? Осталось меньше трёх дней, а по факту уже два…

* * *Буквально через день в нашем поместье заработала настоящая школа. Переполох среди слуг откровенно умилял, а восторг на лицах молодёжи — от восьми до двадцати лет — вызывал улыбку. Все они жаждали учиться, ведь никто из них не умел читать и писать.