Презренная госпожа. Леди-попаданка в деле (СИ)

Юные девушки с длинными толстыми косами, вихрастые юноши — широкоплечие, крепкие — все они с трепетом заглядывали в небольшую комнату, где Ворон лично расставлял столы и лавки. Он выглядел очень увлечённым. Сегодня надел простой рабочий наряд, волосы распустил. Я, наблюдая за будущим школьным помещением вместе с остальными, не могла не любоваться им.

На лице Ворона играло удовлетворение, в глазах исчез привычный холодный блеск, и, кажется, в уголках губ проскальзывала улыбка. Кто же он, этот человек? Почему сердце так трепетно бьётся рядом с ним?

Наконец, приготовления к учебным занятиям были завершены, и Ворон торжественно пригласил молодёжь войти.

Смущённые, но счастливые, они поспешили занять места. Правда, горцу пришлось пересаживать всех обратно, чтобы юные ученики сели за первые парты, а те, кто был постарше и повыше, оказались на последних.

Я стояла в сторонке, как и несколько матерей, которые, вытирая слёзы, смотрели на своих детей, готовящихся обучаться грамоте. В этот момент я осознала: там, на Земле, никто из юного поколения особенно не ценил предоставляемые возможности.

У нас дети ненавидели школу, а здесь они мечтают о ней, потому что это единственный шанс выбиться в люди.

Первый урок поразил меня гениальными способностями зеленоглазого учителя.

Ворон начал с того, что описал красоту и привлекательность всякого знания. Рассказал о том, что учащийся человек становится мудрым, сильным, значимым. Окружающие были в не меньшем восторге, чем я. Даже мне захотелось сесть за деревянный стол и начать внимать.

Горец — просто гений! Родись он на Земле, стал бы, безусловно, весьма выдающимся человеком…

Я вдруг поймала себя на мысли, что восхищаюсь им так же, как в прошлом восхищалась Ксандером. Что у них за семья такая, что каждый брат — это кто-то настолько уникальный?

В итоге, даже через два часа занятий никто не хотел расходиться. Дети выучили первые четыре буквы алфавита и были счастливы.

Причём, выучили все, даже самые младшие, и их глаза горели восторгом.

Ворон сам прекратил урок, сказав, что на сегодня достаточно — им пора подкрепиться и отдохнуть.

Когда все разошлись, я подошла к нему. Он выглядел счастливым. Моё сердце сжалось от осознания того, что я начинаю ему верить. Подлецы так себя не ведут. У них не горят глаза от возможности сделать добро молодому поколению. Они не будут стоять с таким сияющим лицом после двух часов напряжённой работы. Он был искренним, и это покоряло больше всего.