Презренная госпожа. Леди-попаданка в деле (СИ)

Я бесшумно ползла между густых кустарников, не издавая ни малейшего шума. Профессиональная привычка. Коня оставила далеко позади, привязав его к толстому стволу дуба. Надеялась, что многочисленное стрекотание, жужжание и уханье ночного леса заглушит его беспокойное фырканье.

Впереди забрезжил свет. Он исходил от костра, вокруг которого чернели силуэты воинов. Я прижалась к земле, прислушиваясь к ночным звукам, смешивающимся с глухими голосами у костра. Время от времени раздавался смех, а также звон оружия, которое, видимо, начищали перед битвой.

Отчетливо был слышен треск сухих сучьев в пламени. Подобравшись максимально близко, я осторожно выглянула из-за густых кустов. Лагерь — расчищенная от растительности площадка — был освещён костром, и в этом свете легко различались фигуры воинов. Почти все сидели вокруг, занимаясь каждый своим делом. Один орудовал ножом, вырезая что-то на деревянном бруске. Другой молча точил клинок, скользя по нему оселком с почти медитативным вниманием. Третий неустанно шутил, а кто-то непроницаемо вглядывался в огонь. Лица у всех были усталые, но воодушевленные. От каждого исходила абсолютная уверенность в безопасности и непобедимости.

Генри стоял чуть в стороне от всех, о чём-то хмуро беседуя с Дареном. Их позы источали определённую напряжённость. Лица в полутьме казались агрессивными — возможно, из-за игры теней. Я знала, что вдоль лагеря расставлены часовые с четырёх сторон. Один из них, высокий и широкоплечий, слабо освещённый отблесками костра, медленно обходил периметр, зорко вглядываясь в темноту.

Я прижалась к земле ещё сильнее, чувствуя, как влажная трава холодит кожу сквозь одежду. Сердце стучало громко-громко, но я успокаивала себя. Навыки у меня были отличные, тысячу раз проверенные. Не заметят.

Наконец, часовой остановился, продолжая осматриваться, а потом заметно успокоился. Возможно, ему что-то подсказывала интуиция. Но она замолчала, так ничего и не найдя.

Наконец, кто-то начал разливать похлёбку из котелка. Я удивилась. Выехали-то всего пару часов назад.

Неужели уже проголодались? Или готовятся к тяжёлому переходу завтра? Внезапно впереди послышался шум — сдавленные звуки борьбы, звон мечей, вскрик, который тут же потонул в ночной тишине. Сердце мгновенно сжалось. Воины у костра насторожились, раздался глухой топот ног. Один из мужчин выволок из темноты совсем юного парнишку. В мерцании костра я увидела, что он был одет, как горец. Его правая рука безвольно свисала, будучи вся исполосована потеками крови.