Пряная штучка

 – Думал, что вотрешься в доверие, помешаешь работе, отхватишь землю и построишь свой торговый дом?

Он ловко увернулся и вдруг широко улыбнулся, словно мы не скандалили, а просто дурачились:

– Мне действительно нужно было жилье, пока мы искали новое место для строительства, а наследница Ходжеса оказалась такой очаровательно чудной, что я не смог удержаться…

– Ты что? Ты сейчас обозвал меня чокнутой? – процедила я и со злостью бросила в него флакон с благовонием, который зажимала в кулаке, потому как вся одежда уже улетела в сад.

– Нет, милая, я не называл тебя чокнутой. – Роберт ловко увернулся от бутылька. – Ты была прелесть!

– Ты даже сейчас похожа на фею!

– Ладно, сейчас ты действительно похожа на ведьму, но все равно сплошное очарование!

В ответ в Роберта один за другим полетели туфли.

– Да хватит уже в меня швыряться обувью! – донеслось с улицы.

– Скажи спасибо, что я инструменты из кладовой не вытащила! – от ора у меня охрип голос.

Одна туфля влетела обратно в окно и в тот момент, когда я нагнулась за новой парой, огрела меня по затылку.

Я опешила. Уверена, что Стаффи, следившая за расправой из соседней комнаты, тоже.

– Ты просто должна это узнать прежде, чем начнешь метать в меня стамески! – прикрикнул Роберт, видимо приняв мое молчание за хороший знак.

Медленно выпрямившись, я подошла к окну и посмотрела на предателя. Он стоял, задрав голову. На земле валялись вещи, висели на открытых ставнях рубашки, на голые ветви вишни были насажены подштанники. Не представляю, как теперь оттуда их достать.

– Какая у тебя странная любовь, господин Палмер, – вымолвила я. – Ты выставил мне счет на грабительскую сумму и даже бровью не повел! Смешно тебе было наблюдать, как я отчаянно барахталась, понимая, что могу потерять лавку?

– С процентами произошла ошибка. Я не знал о них, а когда увидел письмо, то поехал разбираться. Стряпчий давно получил отставку. Письмо об отмене претензии не отправляли по моей просьбе. Ты прозорлива и начала бы подозревать меня. Признаю, что я поступил нечестно и прошу прощения.

– Ты хотя бы слышишь себя? – задохнулась от возмущения я, моментально припомнив свой визит к управляющему монетным двором. – Думаешь, меня должны успокоить извинения? Этан… Роберт, отмена процентов все равно никак не умаляет того, что твой поверенный ждал пять лет, чтобы вызвать меня в Питерборо и попытаться отнять наследство. Не знаю, как называют подобную подлость в твоем мире, но в моем это считается мошенничеством.