Пряная штучка

 – Тебе огромная честь оказана! Ты самый первый из живых, кого я лечу! Гордись!

– Светлый боже, – зажмурившись, забормотал молитву подмастерье, выказывая неожиданную набожность, – позволь мне умереть позже этой страшной женщины…

– Давай ему пустим кровь, – с энтузиазмом предложила подружка. – Говорят, от лихорадки помогает.

– Пустим кровь?! – в один голос высказались мы с почти умершим и в мыслях похороненным Ирвином. Кажется, больному даже похорошело, так взбодрило предложение самопальной знахарки.

Я прикрыла глаза и досчитала до десяти, а потом с преувеличенным спокойствием всучила подружке мокрую тряпицу:

– Вот тебе салфетка.

– А как компресс прикладывать? – деловито поинтересовалась мужененавистница. – Ногами?

– Без рукоприкладства! – осатанела я. – Сбегаю за целителем. Человеческим!

Дверью шибанула отчаянно, вымещая накопленное за день раздражение.

– Чего ты такая нервная?! – заорала Стаффи.

– Госпожа Алекса! – послышался следом хрип подмастерья. – Не оставляйте меня!

Чтобы найти нормального целителя, желательно с дипломом и практикой, я побежала в лавку к Оутисам, надеясь на помощь. Однако за прилавком меня ждал не Фред, а незнакомая девица.

– А господина Оутиса нет и в ближайшие дни не будет, – недовольно буркнула она, и по лицу читалось, мол, ходят тут всякие столично-перечные штучки, лавочников красивых спрашивают, и без вас все давно застолблено.

– Послушайте, а вы местная? – не стала я строить из себя гордячку, а девушка удивленно моргнула. – Подскажете адрес целителя?

Через полчаса вместе с целителем, степенным господином с лекарским чемоданчиком в руках, мы поднимались на второй этаж лавки, где было слышно, как Стаффи переругивалась с Ирвином. Лекарь долго осматривал больного. Прикладывал к груди трубку, проверял язык и горло, разглядывал мутные покрасневшие белки, а потом заключил категоричным тоном:

В его руках блеснул ланцет.

– Я говорила! – с торжеством в голосе прокомментировала Стаффи.

Ирвин немедленно догадался, что пытки не избежать, закатил глаза и упал на подушку, изображая глубокий обморок, но выдал себя тем, что быстренько спрятал руки под одеяло. От греха подальше. Не дай светлый боже, кровожадный целитель обнаружит, как хорошо у него видны вены на сгибах локтей и на запястьях.