Прибежище богов

Но все мои попытки поподробнее расспросить их на эту тему натыкались на глухой заговор молчания. Явно Ника с их точки зрения – это нечто большее, чем кажется, но вот насколько оно большее понять невозможно. А вот Лилия относится к Нике без какой-либо опаски, и это хорошо видно. Тоже загадка, которую желательно отгадать как можно скорее.

Кстати, Агния вчера что-то говорила про то, что увидела в Нике какую-то Темную Звезду. Надо будет немного попозже отозвать ее в сторонку и расспросить поподробнее, и лучше всего таким образом, чтобы Ника сама могла видеть и слышать весь рассказ.

При этом сводить их лицом к лицу явно не стоит, потому что девушка может испугаться Ники и впасть в ступор, чего нам совсем не надо. Она и сейчас-то вздрагивает каждый раз, как Ника смотрит на нее хотя бы со стороны спины. Как я ни стараюсь – ни магическим взглядом, ни обычным я не могу увидеть в Нике того, что так пугает Агнию. Хотя ее все-таки готовили как будущую жрицу, развивая те стороны ее натуры, о которых я в силу своей необразованности в этой области даже не догадываюсь.

Бывшая штандартеноберюнкер СС Гретхен де Мезьер, дочь великого госпитальера Нового Тевтонского ордена.

Почти весь день я ходила, нетерпеливо изнывая от ожидания и не зная, куда себя деть. Русский гауптман уехал по своим делам, так ничего мне не сказав, и я уже терялась в догадках, не имея представления, о чем и думать. Если мое предложение будет отвергнуто, то я, скорее всего, просто убью себя каким-нибудь безболезненным способом, ибо незачем жить тевтону, когда у него нет достойного дела.

Жить рабой и быть у всех на посылках – это совсем не по мне.

И становиться просто чьей-то женщиной мне тоже очень не хочется, тем более что все достойные мужчины уже разобраны этими самками человекообразных. Вот, к примеру, так называемая богиня Афродита – и то смогла огулять только двух самых худших из имеющихся здесь представителей мужского рода, потому что к остальным ее не подпустили и на выстрел из станкового арбалета. Вот и гуляла всю ночь с тем, кого смогла зацепить, но я для такого слишком гордая, и вообще – рано мне еще об этом думать.

Тут надо решить, как мне жить дальше, и стоит ли жить вообще.

Нет, лучше достойная смерть, чем недостойная жизнь. Абсолютно не понимаю, почему русские бросились меня спасать, когда могли бы оставить умирать вместе с остальными моими сослуживцами, которых они так беспощадно убили. Добро бы меня потом допрашивали, чтобы узнать какие-нибудь тайны Ордена.