Эмилия оживленно болтала с Фредериком Маршаллом, сестрами Мельтон и еще двумя джентльменами.
— О, мисс Лестер! Я сегодня прямо-таки наслаждаюсь вечером! — Леди Моффат, блестя голубыми глазами, просто лучилась энтузиазмом.
— Очень рада, — откликнулась Ленор.
Идею обедать al fresco, на природе у самого озера, одобрили все без исключения. Присутствовали в основном дамы, джентльмены еще не вернулись с фермы Гарри, где осматривали племенных лошадей. Однако, к несчастью, вместо того чтобы спокойно развлекаться — сплетничать или кататься на лодке, — младшие девушки обнаружили в лодочном сарае стойки для лучников.
И все бы ничего, не реши они посоревноваться в стрельбе. В результате у Ленор не было ни минуты покоя.
— Я просто сказала, что сегодня бал будет неофициальным, в узком кругу, — пояснила Эмилия.
Ленор улыбнулась при виде столь искреннего энтузиазма девушек. С ними она чувствовала себя умудренной опытом дамой.
— Сегодня присутствуют только наши гости.
Зато в пятницу бал будет просто значительней.
— Восхитительно! С нетерпением ждем. — Леди Харрисон радостно переглянулась с сестрой.
Эмилия бросила на Ленор страдающий взгляд, тем самым подействовав ей на нервы.
Снова загудел гонг, и громогласное объявление Смитерса «Ужин подан» вновь вернуло Ленор к дилемме. А если Эверсли воспользуется неформальной обстановкой и пересядет? Придется подыскивать кого-то в соседи справа.
Бросив исподтишка взгляд, она поняла, что ответ уже решительно шагает к ней через комнату.
Подавив внезапную радость, Ленор гордо вскинула голову. Эверсли остановился рядом и с улыбкой посмотрел на нее. Изящным жестом предложил руку:
— Вы идете, мисс Лестер?
— Конечно, ваша светлость. — Ленор накрыла кончиками пальцев темный рукав.
Они направились к двери, девушка полностью сосредоточилась на своих ощущениях, необходимо было угомонить разбушевавшиеся нервы и выровнять непонятно почему сбившееся дыхание.
— Вам станет легче, если я пообещаю не кусаться? — Ее уха коснулся мягкий негромкий шепот.
Ленор с удивлением подняла глаза. Откровенное веселье в глазах Эверсли нанесло чувствительный удар ее и без того шаткому самообладанию. Она сделала единственное, что могла, — пронзила его негодующим взглядом и уставилась прямо перед собой. Не хотела показывать, что благодарна ему за поддержку, уж нет, такого удовольствия она ему не доставит.
