– А там их целые гнезда.
Чего артане не ожидали, так это вспомогательного войска, что организовалось само собой из всякого местного сброда. Они называли себя артанами, так как, гонимые в прошлых междоусобных войнах, века тому перешли со стороны Артании пограничную реку и жили на этих землях. Работали плохо, больше пьянствовали и вспоминали о деяниях великих предков, затевали драки, промышляли охотой, торговлей, рыбной ловлей, бортничеством, ненавидели пахать и сеять, хотя в самой Артании хлебопашцы всегда в почете, и вот сейчас эта вольница пошла грабить, насиловать, жечь, а потом и вовсе собрались в отряды и двинулись вслед за войском Придона.
Иной раз, когда Придон останавливал армию, ожидая постоянно отстающие обозы, они уходили далеко вперед, набрасывались на беззащитные села, врывались в охваченные ужасом малые города, пьянели от сладкой возможности чинить суд и расправу над богатыми, знатными, насиловать их пышных жен и дочерей, распинать их мужей и отцов на дверях домов.
Ядром вспомогательного войска стали отряды князя Годлава, одни шли под командованием его воевод, двумя командовал сын Годлава Промек, а потом, глядя на Годлава, некоторые беры не только признали власть артан, но и дали своих людей в общее войско.
Аснерд сам дивился легкости, с какой их войско двигается по Куявии, а мудрый Вяземайт указывал, что еще никому и никогда не удавалось собрать такую грозную армию. С нею они в самом деле подступят к стенам Куябы, и если даже не возьмут, то сдерут такой выкуп, что Тулею придется поснимать со всех женщин золотые серьги, кольца и браслеты, не говоря уже о полном опустошении казны.
Придон же больше замечал эту рвань, что окружала их войско, как шакалы окружают могучего льва, дабы поживиться за его счет, морщился, спросил раздраженно у Вяземайта:
– На кой ляд нам эти союзники?
– А мы их брали? Сами набежали. Пусть, Придон! Они принимают первый удар на себя… Зато нам виднее, где куявы бегут, а где пытаются драться.
Придон покачал головой:
– Где они пытаются драться? Даже стыдно за них. Мы прошли уже треть страны, а за все время всего два настоящих сражения!
– Только не говори, что воины ропщут.
– Не говорю, – буркнул Придон. – Всем нравится легкая добыча. Но пока что нам не приходится хвастаться трудными победами.
Он умолк, со злостью смотрел на огромный безобразный лагерь слева от дороги. Туда чернь согнала набранный в ближайших селениях полон.
