В тишине прозвучал чей-то дрожащий голос:
– Ютлан, – ответил мальчишка, голос был звонкий, еще детский. – Я младший сын тцара Осенний Ветер, а Придон мой брат.
– Да, мне пока нельзя брать в руки оружие взрослых.
Все застыли, Антланец со страхом посмотрел на лица военачальников.
– Защищаясь, – ответил мальчишка с поистине артанским достоинством. – Если надо, обрушу весь курятник.
Антланец пролепетал, не понимая, куда делся его знаменитый медвежий рык, от которого вздрагивали горы:
В глазах мальчишки опасно полыхало багровое пламя.
Лица военачальников посерели. Антланец видел, что все понимают одно и то же: если мальчишка обрушит стены, то выберется из развалин цел и невредим.
– Ты за Придоном? – спросил он торопливо.
– Да, – ответил мальчишка, голос его становился все злее. – Я заберу его.
Антланец страшился, что военачальники ответят криками негодования, что разъярят мальчишку, а этого ни в коем случае нельзя допускать, но увидел их побелевшие лица, понял, что у самого такое же, сказал торопливо:
– Да-да, мы поможем тебе… Дадим волов, хорошую повозку…
– Я уже взял, – ответил мальчишка.
Антланец на миг закрыл глаза и стиснул челюсти, представив, сколько человек пытались остановить этого странного мальчишку, когда просто вот так взял чью-то повозку перед дворцом Тулея, и сколько трупов сейчас расклевывают вороны по всей длинной дороге, где проехал на чудовищном коне и в сопровождении хорта.
Он сказал торопливо:
– Да, ты прав… Ты можешь забрать!.. Но справедливо ли…
Ютлан молча смотрел на него полыхающими красными глазами.
– Они любили, – сказал Антланец, – Справедливо ли разлучить их сейчас, твоего старшего брата и эту женщину?
Глаза Ютлана медленно из красных становились оранжевыми, из них пошел жар.
– Теперь я – старший брат, – произнес он ровным голосом.
Трепет прошел по телу Антланца, который раньше не знал, что такое страх. Оглянулся на побледневших Комана, Болгора, своих детей и других героев. Странный мальчишка легко, как пушинку, взял Придона на руки и понес к выходу.
