Придон

Подумать только, захватили саму Куябу!

– Ты сам это предрекал, – напомнил Аснерд.

– Предрекал, – согласился Вяземайт. Он снова вздрогнул. – Но одно дело предрекать, другое – увидеть своими глазами. Неслыханное дело: мы разгромили Куявию, разгромили! Захватили все города и села. Пара оставшихся крепостей – не в счет, сами сдадутся. Эти вот откроют ворота сразу, если разгромим войско Тулея… Но мне все равно страшно!

Вяземайт покачал головой.

– Куявия слишком огромна, обильна и тяжела, чтобы ее вот так опрокинуть одним прыжком артанского коня.

Меня тревожит войско, что собрал Тулей. Пусть даже он не великий полководец, но под его рукой не столько куявы, сколько вантийцы, славы, наемники из дальних стран…

– Дай срок, доберемся и до тех стран! Ишь, посмели… Всяк должен опускать взор, заслышав стук копыт наших коней.

Высоко в небе, на миг закрыв луну, проплыл дракон. Широко растопыренные крылья в лунном свете показались сотканными из грязного тумана, но сам дракон был темен и страшен.

Он сделал широкий полукруг и пошел над артанским войском. Аснерд рассмотрел на загривке наездника. Он свесил голову и внимательно всматривался в воинский стан.

Артане вскакивали от костров, натягивали луки. Аснерд сказал резко:

– Не стрелять!.. Где Меривой, Франк?

Послышался топот ног. Дракон зашел на третий круг и, осмелев, несся уже почти над головами. Вяземайт сумел рассмотреть в раскрывающейся пасти белые клыки, красное жерло, откуда полыхнет огонь…

Из шатра выбежали сонные Меривой и Франк.

Луки уже в руках, натянули быстро, им подали стрелы. Вяземайт изготовился к удару, но ждал, как и Аснерд, смотрел на чудовищно могучие плечи сыновей воеводы, на толстые руки, что взялись за тетивы. Дракон снова шел над воинским станом, уже не по краешку, а над серединой, высматривая шатры полководцев.

– Если у них не выйдет… – начал Аснерд.

– Да готов я, готов!.. Смотри на детей!

Меривой отпустил стрелу первым, Франк чуть помедлил, его стрела ударила в грудь дракона, в то время как Меривой попал в голову.

Дракон пролетел еще почти половину стана, крылья затрепыхались неровно, дико, он закричал пронзительно, страшно, как кричало бы горящее дерево. Его занесло боком, ударился о землю, грузное тело подбросило, перевернуло через голову. Послышался треск крыльев, костей, панциря.

От костров разбегались люди, но почти все сразу же с топорами в руках бросились к поверженному дракону.