Приговор Бешеного

 — Нужно ему подарок из Болгарии привезти!

— Господи, дай ему сначала родиться! Успеешь еще подарком заняться.

— Ладно, уговорил. И все-таки, какие же вы молодцы!

— А кто тебе мешает?

— Никто, кроме меня самого, — рассмеялся Савелий. — Ладно, пойду пережевывать новость, до встречи!

Андрею было ясно, что Савелия преследуют, потому, предположив, что он не вооружен, прихватил с собой оружие: для себя — именной «миротворец», полученный из рук Президента США, для Савелия — его любимый «стечкин». Немного подумав, навинтил на него глушитель.

С машиной оказалось гораздо проще, чем думалось. Его знакомый, бывший сослуживец, отправлялся на отдых и с огромным удовольствием вручил ему на целый месяц ключи от новенькой бежевой «девятки», уверенный, что под присмотром Воронова она останется в целости и сохранности и не будет похищена.

Отлично понимая, что этот чартерный рейс не пассажирский и разброс во времени прилета может оказаться существенным, Андрей выехал с запасом и все-таки едва не опоздал, попав в непредвиденную пробку перед железнодорожным переездом, за шлагбаумом которого взад-вперед шнурковался маневровый локомотив.

Когда терпение Воронова было на исходе и он уже был готов к тому, чтобы пойти на нарушение правил движения, шлагбаум наконец подняли, и он помчался на всех парах. К аэропорту он подъезжал в тот момент, когда самолет заходил на посадку.

К счастью, это был небольшой аэропорт — принимал лишь вертолеты и небольшие самолеты, — а потому, как был уверен Воронов, легко было вычислить того или тех, кто мог представлять угрозу для Савелия и его спутников.

Выйдя из машины, Андрей, как и полагалось обычному встречающему, вошел в небольшое здание аэропорта и, не обнаружив справочной, поинтересовался в кассе, когда прилетает ближайший самолет из Вологды, сделав вид, что только этот рейс его и интересует. Получив ответ, он приступил к внимательному осмотру присутствующих внутри людей.

К счастью, таковых оказалось не очень много. Три семьи с детьми, одна влюбленная парочка, дородная женщина с многочисленными узлами да молоденький капитан, дремлющий на деревянной скамье.

Были там и двое мужчин, которые сидели в разных местах зала.

Несмотря на скучающий вид обоих, Андрей обратил внимание именно на того, что вообще прикрыл глаза: ему показалось, что мужик наблюдает из-под опущенных век. На вид ему было немногим более тридцати.

Перед самой посадкой Савелий разбудил Кораблева и посвятил в свое решение относительно пленного.