Приговор Бешеного

Как ни странно, но Денис принял новость довольно сдержанно, во всяком случае, не очень удивился и только спросил:

— Надеюсь, ты не продешевил, подарив жизнь этому подонку?

— А ты как думаешь? — хитро прищурился Савелий.

Сейчас, услышав слова Бешеного, Денис по достоинству оценил его решение.

— Как только они нас вычислили? — спросил Денис.

— А черт их маму знает.

Денис повернулся к Мушмакаеву:

— Что ж, повезло тебе. Желаю скорее свернуть шею, — с улыбкой напутствовал он.

— Благодарю на «добром слове».

— Кажется, тебя встречают, так что выжди минут пять-десять, а потом… потом делай ноги!

— За что? — удивился Денис.

— За то, что не прихлопнули в пути.

— У тебя все еще впереди, — заметил Денис, прихватил сумку с деньгами в левую руку и пошел за ребятами.

Воронов точно вычислил того фээсбэшника, которому было поручено уничтожить Мушмакаева любой ценой. Еще в зале ожидания, заметив любопытство со стороны Воронова, он понял, что «засветился», и, как только тот вышел из здания, сразу же кинулся к другому выходу.

По странному совпадению, и второй мужчина покинул свое место, отправившись к начальнику аэропорта, чтобы выяснить, когда будут готовы его документы.

По-спортивному одетый молодой человек имел чин старшего лейтенанта и назывался Григорием Васильевичем Кокошиным. Его послужной список мало чем отличался от опыта тех его коллег, которые пытались отбить Мушмакаева в Болгарии. Единственным отличием было то, что он предпочитал работать в одиночку и обладал гипертрофированным самомнением.

Нужно заметить, что судьба благоволила ему и он не завалил до сих пор ни одного задания. Одинаково хорошо владел любым видом оружия, но всему предпочитал нож, испытывая кайф и особое возбуждение в тот момент, когда безжалостное стальное лезвие входит в тело жертвы.

Его методы были коварны и заимствованы у наемных убийц. Выследив «объект», он незаметно, по-кошачьи, подбирался к нему и, будучи левшой, зажимал правой рукой рот жертвы, чтобы та не закричала, а левой всаживал нож прямо в сердце.

Иногда, разнообразия ради, просто перерезал горло. Если «объект» был не один, он сначала расстреливал его спутников, с самим расправлялся ножом.

Первый план именно таким и был: как только «объект» оказывался вне самолета, сразу убиралось его окружение, а потом ликвидировался и он сам. От этого плана пришлось отказаться потому, что Григорию почудилось повышенное внимание со стороны незнакомого мужчины в зале ожидания.