Приговор на брудершафт

Они однозначно утверждали: половой акт между Дерябиной Еленой и Долматовым был. В момент полового акта потерпевшая была в состоянии алкогольного опьянения.

Доказательства на первый взгляд неопровержимые. А если рассматривать их на фоне общей картины? В СМЭ Елену Дерябину сопровождала подруга сестры – Нечаева. А если она по дороге преподнесла Елене стакан водки, и девушка появилась в здании судебно-медицинской экспертизы уже по-настоящему пьяной? От биологических следов Долматова никуда не деться, но если отпадет опьянение, то в чем тогда насилие при совершении полового акта?

Оставив все возникшие вопросы на потом, Воронов после семинарских занятий подошел к Усталому Соколу.

– Алексей Ермолаевич, мне надо с вами поговорить по одному серьезному делу.

Преподаватель не удивился необычной просьбе. Он вообще всегда оставался невозмутимым, словно успел побывать во всех мыслимых передрягах и знал, как надо действовать в любой ситуации.

– Запоминай адрес. В 20.00 я выйду погулять с собакой, там и поговорим.

Воронов и преподаватель встретились у подъезда Усталого Сокола, пошли на пустырь, где жильцы близлежащих домов выгуливали собак. Пока спаниель носился по снегу, Виктор рассказал Сапунову заранее приготовленную историю о том, как к нему в руки попало архивное уголовное дело, и он так увлекся его изучением, что захотел больше узнать о следователе, проводившем предварительное расследование. Преподаватель молча выслушал, немного подумал и сказал:

– Я что-то не понял, чего именно ты хочешь добиться от Дела? Ты смешал в кучу все: Буглеева, свои подозрения о сфальсифицированных доказательствах, нарушения морально-этических норм в процессе следствия.

Постарайся коротко и емко ответить: от меня ты что хочешь?

– Вы могли сталкиваться с Буглеевым, когда работали следователем. Меня интересует, что он за человек и почему ему дозволялись такие вольности при допросах свидетелей?

– О Буглееве я могу рассказать ровно столько же, сколько о тебе.

Если меня будут расспрашивать о Викторе Воронове, то я отвечу, что он перспективный слушатель, кандидат на диплом с отличием. О том, кто твои родители или чем ты занимаешься в общежитии, я при всем желании рассказать не смогу.

Они еще постояли на пустыре, помолчали. Воронов не спешил вновь начать расспросы, Усталый Сокол размышлял, как ему лучше поступить.

– Еще раз, отбросив словоблудие, объясни, зачем тебе это Дело? – спросил он наконец.