Приговор на брудершафт

Слегка прищурившись, он осмотрел площадь перед магазином, скользнул взглядом по оцеплению. Милицейский полковник набрался духу и строевым шагом пошел к «Чайке».

– Товарищ первый секретарь Хабаровского краевого комитета КПСС! – по-уставному обратился он. – Личный состав хабаровского гарнизона милиции и приданных сил высшей школы милиции работает по охране места происшествия и обеспечению общественного порядка. Докладывал полковник милиции Веремейчик.

Алексей Клементьевич Черный чем-то был похож на молодого Брежнева: такой же красавец-мужчина в расцвете лет, бровастый, с правильным овалом лица, строгим решительным взглядом.

Следуя духу демократических реформ, он пожал руку полковнику, задал уточняющие вопросы. От Воронова первый секретарь крайкома стоял в паре метров, от Трушина – на шаг дальше. Виктор физически ощутил, как у начальника курса под шинелью сердце замедлило ход и стадо биться через раз. Встреться он с первым секретарем взглядом, и карьера в МВД для Трушина могла бы бесславно закончиться. Стоит хозяину Хабаровска повести бровями, как подполковника Трушина тут же уволят из милиции за появление на боевом задании в нетрезвом виде.

«Как бы его прикрыть? – подумал Воронов. – Если Черный подойдет к Трушину, то почувствует запах перегара, и тогда батьку несдобровать!»

Виктор попробовал пошевелиться и с удивлением почувствовал, что у него самого ноги приросли к земле, он не может даже шага сделать. Первый секретарь крайкома своим появлением вверг в ступор все оцепление, лишил и начальника курса, и слушателей способности передвигаться, осмысленно думать и говорить.

Высший партийный руководитель был не только человеком из плоти и крови, он был еще и жерновами – жестокими, неумолимыми, способными мимоходом сломать судьбу и превратить любого подданного в пыль, в прах – в ничто.

«Если он выгонит меня, – промелькнула мысль у Воронова, – я потеряю год, а Трушин лишится всего. Вся его жизнь полетит под откос. Вот так можно на ровном месте раскрутиться! Один необдуманный поступок, даже не поступок, а стечение обстоятельств, может стать роковым.

Кто бы знал, что ночью магазин загорится, и начальник школы пошлет в оцепление именно наш курс, а не параллельный?»

– Пострадавшие есть? – спросил Черный, проходя мимо Воронова.

– Никак нет, товарищ первый секретарь! – бодро отрапортовал полковник. – Всех жильцов еще ночью эвакуировали и разместили в близлежащей школе и детском санатории. Одного человека доставили на «Скорой помощи» в больницу.