Приговор воров

Неизвестно, что было дальше, но через месяц с небольшим в пригороде Алма-Аты местные милиционеры отловили полусумасшедшего человека, который абсолютно голый брел по степи, всхлипывая и подвывая от безумного страха, навсегда поселившегося на самом дне его одурманенного сознания. Сказать несчастный безумец почти ничего не мог, мог только указать направление той безвестной степной землянки, в подполе которой, среди четырех сочащихся водой стен, он прожил последний месяц, питаясь исключительно телом своей случайной подруги, к которой как-то неосторожно зашел.

Землянку нашли, нашли и подпол, крышка которого была взломана изнутри. Милиционера, заглянувшего в подпол землянки, куда привел наряд безумец, долго отливали водой, потому что губительным для человеческого рассудка было только посмотреть на деревянную бочку, в которой в правильно и тщательно приготовленном рассоле плавали куски молодого женского тела вперемешку с лавровым листом и крохотными горошинками черного перца.

Безумец клялся, что убийца – не он, и повторял имя – Рустам, Рустам.

Впрочем, того самого, может быть, и вовсе не было на свете. Может быть, сумасшедший выдумал его, пытаясь оправдать себя в том чудовищном убийстве. Но именно с той истории и начались слухи о жестоком киллере Рустаме Казахстанском, которого не видел никто, а про людей, обращавшихся к нему за помощью, – только слышали.

– Слушай, – спросил Петю Злого Филин, когда юркая красная иномарка уже сновала по улицам южного курортного города, – а как ты на этого Рустама вышел-то?

– А помнишь барыг из Казахстана? – в свою очередь, поинтересовался Петя. – У которых мы брали дурь? Ну, с полгода назад. Так вот, один из них в нашем городе обосновался несколько лет назад. Через него все операции проводятся. Ему Седой, покойник, еще давал разрешение на торговлю – когда-то давно.

– Амир? – наморщившись, проговорил Филин.

– Точно, – кивком подтвердил Петя Злой. – Он. У него прямой канал – из Казахстана. Дурь паленая, но дешевая. Ладно, не о том речь. Просто тот Амир когда-то базарил Седому по большому секрету, что с Рустамом связать может. Седой его, конечно, послал, а потом как-то мне проговорился. Я тогда и не думал, что мне эти сведения пригодятся. А теперь вот я Амиру сказал, а он обещал послать весточку Рустаму.