"
"– Так и тянет сказать, а демон его знает, но как-то сейчас это очень уж двусмысленно звучит... Я не думаю, чтобы он вызвал Джабира на поединок.
Берта кивнула и продолжила чистить рыбу.
Она выглядела удивительно спокойной, только бледной. Но движения рук были злыми, резкими и точными, словно она вытаскивала внутренности не из будущей пищи, а из ненавистного врага.
– Он вернется, – сказал Клыкастый, наблюдая за ее руками.
Берта снова кивнула, не отвлекаясь от своего занятия.
– Прутьев нарежь? Не в руках же ее нести, – сказала она, устало щурясь на спускающееся за реку солнце.
И принялась еще резче сдирать серебристую чешую.
Не в силах больше смотреть на это, Клыкастый поймал Берту за локоть и забрал нож.
– Давай я сам закончу? Ты же щас без рук останешься.
Девушка не возражала. Просто осталась сидеть рядом, наблюдая, как он ловко орудует ножом, насвистывая себе под нос.
– Мне кажется, или ты больше не боишься меня? – неожиданно спросила Берта.
Клыкастый хмыкнул. Он не стал отпираться или переубеждать ее, а только сказал:
– Знаешь.
.. В последнее время я видел столько по-настоящему страшных вещей, что ходячие покойники как-то уже особо не впечатляют. Ну, ходят себе... И ходят.
Берта вдруг рассмеялась.
– Ты всегда такой откровенный?
Тот пожал плечами.
– Я – какой есть. Всегда.
Нанизав рыбу через глаза на гибкие прутья, они принесли ее в лагерь. Там уже горел костер, возле которого приглушенными, но сердитыми голосами что-то обсуждали Бруно с Селиной, чуть поодаль от парочки на подстеленном лапнике валялся Тано, уставившись в небо, а Нокс в одних штанах стоял по колено в воде и полоскал рубаху.
Бруно вдруг отвлекся от разговора и повернул голову к реке.
– Эй, вы слышите?.. – спросил он.
Берта насторожилась.
– Мерещится тебе, – проговорил Клыкастый, нахмурившись. Но спустя пару минут и сам услышал стук конских копыт.
Вскоре на фоне закатной полосы показались два всадника. Проскочив немного дальше по дороге, они придержали лошадей и, развернувшись, направились к реке.
Первым к костру подъехал Рик.
Даже в свете закатного солнца было видно, что он весь перепачкан алой кровью. Алой, не фиолетовой. А в руке у него поблескивал кристаллами посох, от которого изумленный Нокс не мог отвести глаз.
– Ты ранен? – выпалила Берта, уставившись на Рика.
– Нет, – резко ответил тот, спешиваясь. – Это не моя.
Он осторожно снял с луки седла небольшой, но тяжелый мешок, подошел ближе к костру и бережно положил свою ношу вместе с посохом на землю.
