Прикосновение полуночи

Андаис отвернулась, закрыв глаза рукой:

Кристалл обыскал Мэденн, и достаточно тщательно, чтобы Киеран возмутился:

– Он лапает мою жену!

– Станет вдовой, и никаких обетов нарушать не придется, – заявила Андаис.

Киеран открыл рот, потом закрыл, и в глазах у него впервые мелькнул страх.

Мэденн тихо вскрикнула, и Готорн нажал клинком, так что показалась капелька яркой крови. Женщина захныкала, но заговорить больше не пыталась.

Кристаллу пришлось совершить едва ли не интимные действия с Мэденн, прежде чем он вытащил маленький полотняный мешочек у нее из-под бюста.

Два сшитых вместе кусочка ткани, похоже на подушечку размером с полудолларовую монетку.

Я чуть опустила щиты – как раз чтобы увидеть, как светится крошечная подушечка, и разглядеть тонкую красную нить, протянутую от нее к королеве.

Кристалл перерезал нитки, скреплявшие ткань, и вытащил клочок сушеной травы и семь черных волосков. Он зажал волоски пальцами, а остальное переложил в другую руку.

– Чары, направленные на тебя и только на тебя, моя королева, – сообщил он.

 – Заклятие убедительности, чтобы ее слова казались тебе верными и приятными.

Андаис посмотрела на Баринтуса в дальнем углу от трона:

– Возможно, ты получишь то, чем я редко одариваю кого-либо, лорд Баринтус.

– И что же это, королева Андаис?

– Мои извинения. – Она повернулась к Мэденн и Киерану. – Почему вы так хотели убить Галена, что рисковали жизнью?

– Он не считал, что рискует жизнью, – вмешалась я.

Андаис удивленно на меня посмотрела:

– Он использовал магию, чтобы обмануть меня.

Это достаточное основание, чтобы я вызвала кого-то из них или их обоих на поединок.

– Киеран сказал мне, что Сиобхан пыталась убить наследницу трона и все еще жива, и ее не пытают, потому что Иезекииль ее боится. Он сказал, что если за такое ты никого не покарала, то попытка убить полукровку-пикси, обычного стража, точно сойдет им с рук.

Она взглянула на Киерана, и он попятился под ее взглядом и остановился, только наткнувшись на стражей.

– Ты это сказал, Киеран?

– Не этими словами.

..

Он сглотнул так, что было слышно, и кивнул.

– Весь дом Нерис был вовлечен в заговор, они пытались убить тебя, моя королева, и они живы. Почему жизнь стража-полукровки должна стоить дороже жизни самой королевы?

– Вот видишь, Мередит, стоит проявить милосердие – и оно обратится против тебя.

– Нерис пожертвовала жизнью, чтобы спасти свой дом, – напомнила я. – Она заплатила за проявленное тобой милосердие.

– Верно... Отчасти.