Прикосновение полуночи

Вторая состояла в том, что слуги шпионили бы в пользу Андаис, а у нас хватало секретов. Эту причину мы Андаис не называли.

– Когда я подвел майора Уолтерса и милого доктора к их машинам, на стоянке были агенты ФБР.

– Упорные типы, – буркнула я.

Рис покачал головой и остановился передо мной.

– Нет, упорство здесь ни при чем. Кармайкл – та, которую красота Холода привела в такой восторг, – тоже только подошла к машине.

– Что ты говоришь, Рис? – Дойл прислонился к двери.

– Что, по словам фэбээровцев и спутников Кармайкл, с тех пор, как я выпустил Кармайкл наружу, прошло всего несколько минут.

– Но это было несколько часов назад, – удивилась я. Я сидела на углу широкого мраморного бортика ванны, стараясь занимать собой как можно меньше места.

– Для людей снаружи – нет, – ответил Рис.

– То есть как? – спросила я.

– Ситхен снова играет со временем, – сказал Дойл.

– Время всегда странно бежит внутри волшебной страны, – пожала плечами я.

– Это стрелки на часах странно бегут. Да и то разница измеряется в минутах, ну на час убегут максимум.

Мы жили по тому же графику, что и смертный мир, с того времени, как прибыли в Америку, или даже дольше. – Рис устроился рядом с Галеном, опершись на двойную раковину.

Никка оккупировал другой угол помещения для себя и своих крыльев.

– Что же это значит?

– Что не только к сидхе и феям-крошкам возвращаются древние силы, – подал голос Холод с противоположной от двери стороны.

– Вы сказали, что люди отреагировали на вход в ситхен так, словно коридор снова обрел прежнее очарование, – сказал Дойл.

 – Так что же удивляться, если к ситхену возвращаются и другие свойства?

Я обняла руками колени, стараясь не обращать внимания на заскорузлую от высохшей крови ткань. Китто пробовал рукой воду в почти полной ванне. Я сказала:

– Иногда вы говорите о ситхене так, словно это просто помещение, иногда – словно у него есть собственная воля, а иногда – как будто это вся волшебная страна. Я как-то спросила у отца, живой ли ситхен, и он ответил – да.

Я спросила, есть ли у него разум, личность, и он сказал – нет. Я спросила, может, это волшебное место, и он сказал – да, а когда я спросила, может, ситхен все волшебство и заключает в себе, он сказал – нет. Интересно, есть ли кто-нибудь среди живых, кто точно знает, что такое ситхен?

– Ты иногда задаешь очень трудные вопросы.

Рис скрестил руки на груди, под распахнутым белым плащом на нем был надет светлый костюм. На брюках остались влажные следы от снега.