Прикосновение полуночи

Он сегодня выходил наружу трижды, а не один раз, как мы.

– Ты не можешь ответить или не хочешь?

– Ты – принцесса Мередит Ник-Эссус, наша будущая королева; если ты прикажешь, нам придется ответить, – сказал он.

– Я не приказываю, я прошу.

Он потер здоровый глаз тыльной стороной запястья, и когда отнял руку, вид у него был усталый. Пусть он вечно будет мальчишески-красив, усталость оставляла следы на его лице.

– Прости, Мерри. Но если ситхен шутит со временем, нам придется послать кого-то из стражей за пределы земель фейри, чтобы иметь представление о временном соотношении.

– Но как будет дальше, нам не угадать, – закончил Никка.

– Да, все может обернуться совсем плохо.

– Я чего-то не понимаю, – сказала я. – Почему вы все так встревожились?

– На меня не смотри, – развел руками Гален. – Я тоже не знаю, с чего они все такие мрачные. Я хочу сказать, ситхен много чего странного вытворяет, так всегда было.

– А что, если разница во времени между волшебными землями и наружным миром станет измеряться годами? – буркнул Рис.

Мы с Галеном посмотрели друг на друга.

– А это возможно? – спросил он.

– Ой, – сказала я одновременно с ним.

– В прошлом бывало, – ответил Галену Рис.

– Я думала, ходом времени управляет король или королева, – возразила я нерешительно.

– Когда-то так и было, – сказал Дойл, – но эта способность давно утрачена.

– Подождите, – вмешался Гален. – Вы говорите, ходом времени управляет королева?

Несколько голов кивнули.

– Разве в старых сказках не говорится, что в холмах проходит несколько часов, а в человеческом мире – столетия?

– Да.

– Мы за последние несколько часов чего только не сделали, но для остального мира прошло всего несколько минут. То есть наш ситхен двигался быстрее прочего мира. Разве не должно быть наоборот? Это ведь смертное время должно течь быстрее, чем наше?

Мужчины обменялись взглядами, за исключением Китто, все внимание которого поглощала ванна.

– Судя по вашим лицам, вы что-то поняли, а я – нет.

– Нам сегодня нужно было много успеть, – сказал Гален, – и еще много остается, а пока мы все это делаем, весь мир ползет с черепашьей скоростью. Вопрос вот в чем: это только в нашем ситхене произошел временной сдвиг?

Рис обнял его за плечи.

– А знаешь, ты умнее, чем кажешься.

– Не хвали меня, Рис, а то зазнаюсь. – Но он улыбался.

– Это я сегодня торможу, или все вокруг шустрее меня? – спросила я.