— Где ты вообще витаешь? Мне переставить тебя с середины в боковушку? — кричит педагог.
Кириленко едва сдерживает слезы, потому что у центральной палки всегда стоят лучшие ученики класса, а в профессиональном балете, солисты. Боковушки для тех, кто выполняет упражнения хуже, они кто-то вроде рабов, необходимых для создания идеального образа дворянина, в нашем случае “Примы”.
Даже на тренировках действует строгая иерархия, которая редко меняется. Попасть в центр равносильно тому, что оказаться среди звезд — на аллее славы.
А если тебя выгоняют на боковую палку — это провал, похлеще катастрофы. Изначально, я тоже стояла среди неудачников, но с недавних пор мое место у центральной палки, что бесит многих девочек.
Исключения почти не делают. И в то же время, я стала этим исключением.
После занятий, в раздевалке, я слышу разговор Ланы с подругами.
Ты бросил ее. Сказал, что она ужасно целуется и настолько худая, что тебе стыдно появляется с ней в компании своих друзей. Я не знаю, радоваться или нет, что ты поступил так с девушкой, которая, скорее всего, меня недолюбливает.
Хотя… ты все-таки ужасен. Так нельзя поступать. С девушками нельзя.
Интересно, зачем ты это сделал?
Глава 08 — Даша
14 апреля
В тринадцать лет меня впервые приглашают на свидание. И это не мальчишка с улицы, а один из одноклассников Гордеева. Он высокий, выше меня на две головы, но худощавый. У него очаровательные ямочки на щеках во время улыбки и прикольная майка с эмблемой группы Линкин Парк.
Он пожимает мою руку, называя свое имя.
Максим. Звучит классно. И ладонь у него теплая, приятная, словно он пользуется специальным кремом, чтобы не было грубоватости на коже. Вообще я не планировала до восемнадцати общаться с мальчиками, но этот так мил, и у него смешные шутки. Поэтому я решаю после тренировки пойти не отдыхать как обычно, а идти с ним гулять.
Но мое решение не нравится тебе.
Ты подлавливаешь меня в коридоре, перегораживаешь дорогу и строго смотришь. Мы все-таки на линии войны, наверное, не будь мамы на моей стороне, ты мог бы учудить что-то ужасное.
"
"— Не смей лезть к моим друзьям, — грубо приказываешь, смотря прямо мне в глаза.
— Твой друг сам меня пригласил, не ты, — бурчу я. — Поэтому, отойди.
— Дашка, — раньше ты никогда не обращался ко мне по имени, обычно “тыкал” или говорил “эй”. Для меня это что-то новенькое. — Предупреждаю. Иначе будешь жалеть о последствиях.
Я ничего не отвечаю, лишь задираю носик и обхожу тебя дугой.
