— Рувита Суарес, может, мне надо самому забрать их у вас? Из рук в руки? — весело спросил король.
— Да! Заберите, ваше величество! Очень прошу!
Я подошла и протянула ему жезл. Фердинанд Умный осторожно взял его за свободную часть рукояти, потянул на себя, и… О чудо!"
"— Слава богам! — невольно вырвалось у меня. — Ваше величество, корона, она… Я принимала ванну, а она… Это не я ее туда, клянусь силой! — прижала я руки к груди.
— Я верю вам, рувита Суарес. Ну что ж, давайте сюда вашу ногу. Будем спасать ее из плена.
Этот позор я не забуду никогда в жизни. Мне пришлось поставить свою коронованную конечность на край кресла, в котором восседал правитель моей страны. Он чуть сдвинулся, освобождая кусочек сиденья, чтобы хватило места для моей ступни в изящной туфельке на высоком каблуке. Умирая от стыда, я аккуратно, чтобы не обнажить лишнего, подтянула подол форменного алого платья так, чтобы обнажить ногу до самого края чулка. Именно там, на обнаженной коже прилепилась золотая дрянь. Папа меня убьет, когда узнает, а Инесса умрет от зависти!
Явив артефакт глазам короля, я обеими руками попыталась ее сдвинуть хоть чуть-чуть, но…
— Я сам, рувита.
Деликатно, не касаясь моей ноги, Фердинанд Умный положил обе ладони на корону и медленно потащил ее. Поначалу она упиралась и даже еще сжалась, чуть ли не впиваясь мне в кожу.
Я даже пискнула, заставив его величество остановиться, а мага вытянуть шею, чтобы взглянуть на происходящее.
— Мне же больно! — шикнула я на строптивую драгоценность. — Слезь немедленно!
Его величество насмешливо кашлянул, а потом заявил:
— У вас красивые ноги, рувита Суарес.
Я бы сказал — идеальные. Вполне могу понять древний артефакт, уставший от уродства хрынов и пожелавший общения с прелестной девушкой.
— Благодарю за комплимент, ваше величество, — несчастно ответила я.
Ну а что мне еще делать? Стою с задранной юбкой, нога на королевском стуле, а руки его величества — на моем бедре. Боги, ну за что мне все это? От обиды на такую несправедливость у меня даже слезинка скатилась по щеке.
Глава 24
Словно почуяв мое состояние, корона внезапно ослабла, разжалась и позволила снять себя с меня.
— Фу-у-у-ух-х, — вырвался у меня долгий вздох облегчения. — Ваше величество, остались два последних артефакта. Они на моей талии. Вы… — расправила я подол и положила пальцы на нижние пуговицы своего форменного платья.
— Я постараюсь быть аккуратным, рувита Суарес.
Монарху было смешно, чего он и не скрывал. Улыбались уже не только его глаза.
