Кажется, что это уже не профессиональное, а просто реакция на язвочку.
Опять взгляд смещаю, хотя для собеседника незаметно, что я расфокусировался и слежу не за старшим.
Рыжая ведьмочка появляется на лестнице. Замечает меня и…
Черт.
Она мне язык показала?!
Даже не знаю, ржать сейчас или потом поймать и хорошенько объяснить, что почем.
Каменею весь. Переклинивает. Но вместе с тем есть в этом что-то миленькое такое, безобидное.
Теряю на мгновение контроль и уплываю из беседы. В грудной клетке странно жжет и покалывает, хочется еще раз губки ее на вкус распробовать, не только эти, что сейчас, глядя на меня, поджимает.
Особенно после утреннего шоу все тело от неудовлетворенности ломит. Рыжая-то, оказывается, бунтарка.
Я ее представлял в розовых рюшах. А ты смотри, под ангельским личиком скрывается темпераментная дьяволица.
– Джокер, ты что-то сегодня совсем никакой, в чем дело?
Просекает Ваня, что в мыслях я не с ним. Умный мужик и жестокий.
– На делах это не отразится, – поясняю сухо.
Никогда осечек не даю.
Права не имею.
Девочка моя к отцу подходит и щеку целует. Опять. Видно, ритуал какой. Подвисаю.
Рыжая дочь моего главаря. Мужика, который стоит во главе всего, а я его дочь своей считаю.
Вот так вот просто. В мыслях уже Маша моя.
Я по-любому смертник, но за свое всегда держусь зубами. Даже когда меня в кровь и в мясо решетят. Я не отпускаю.
В детстве частенько смотрел, как взрослые пацаны собак стравливали. Бабло рубили. Вот и я, как бульдог, мертвой хваткой вцепляюсь и держусь до последнего.
"
"Только фигово держаться в одиночку за человека. Ты ему все, а в ответ глухо и стена не бетон, нет – титан. Не пробить. Не добраться.
Пробовали уже. Знаем. И доча Кровавого на контрасте. Только сейчас что-то другое во мне просыпается. Не понимаю, что, но с этой девочкой меняюсь. Немного, незримо, но я это засекаю.
Садится на стул и взгляд исподлобья на меня бросает.
– Пап, я позавтракать хочу, а при виде твоей шестерки кусок в горло не лезет!
Вот и прет ее вечно меня задирать.
Маленькая. Очаровательная. Стервозина. Безумно привлекательная ведьмочка. Все, что делает, воспринимаю с иронией. Считаю шалостью избалованной принцесски.
Я людей чую. Нет в ней злобливости и гнили нет.
Другой вопрос, почему она так отчаянно косит под не пойми что.
– За базаром следи! – отвечаю спокойно, спускать ничего не привык. – А то и я могу невоспитанной назвать.
Весь этот балаган недолго длится. Выхожу из особняка в бешенстве.
Достает меня зараза.
