Какие туалеты с прибамбасами! Да во многих деревеньках воды нет, несчастные бабы по сию пору ходят с ведрами к колодцам.
Опушково оказалось именно таким местом – без центрального водопровода и, похоже, газа. Штук десять покосившихся избенок, здание сельпо и несколько «новорусских» коттеджей, стоящих на небольшом удалении от нищего поселка.
Чуть не прикусив язык, я протряслась по колдобистой дороге и уткнулась в покосившиеся ворота, смело выкрашенные ярко-оранжевой краской. Калитки в них не было, пришлось распахнуть тяжелые створки и крикнуть:
– Эй, хозяйка, выгляньте наружу!
На крылечко вышла полная женщина в телогрейке.
– Тебе чего? – сухо спросила она.
– Приехала вот по вашему звонку, вы велели поторопиться, – заулыбалась я.
Женщина внимательно оглядела меня и констатировала:
– Ты не Курочкорябская!
– Правильно, она сама приехать не смогла, меня прислала.
Хозяйка хмуро насупилась. Я предполагала увидеть подобную реакцию и заранее подготовилась к разговору.
Достала с заднего сиденья пакет:
– Вот Олечка гостинцев прислала: конфеты, колбасу, сыр, бутылку водки «Дамская»…
– На фига она мне? – скривилась хозяйка. – Я не пью вообще.
– Подарите кому-нибудь, – я продолжала цвести улыбкой.
Баба молча буравила меня взглядом.
– А ну постой тут, – велела она и исчезла.
Я осталась во дворе в обнимку с пакетом. Приходилось только удивляться странному поведению тетки. Обычно деревенские жители любят подарки и радуются, как дети, получая их.
И ведь я купила самые подходящие для селян продукты: шоколад, сырокопченую колбасу, водку «Дамская». Такое в деревне берут лишь на Новый год, потому что пенсии и зарплаты у местных жителей невелики.
– Эй, – снова вышла на крыльцо хозяйка, – иди сюда. Скидавай ботинки-то! Воды не наносишься полы за каждым мыть.
Я покорно сняла коротенькие сапожки, прошла по разноцветным самодельным половикам до низкой двери и остановилась.
– Толкай, чего замерла, – поторопила меня хозяйка.
Я навалилась на створку и очутилась в небольшой комнатенке. Из мебели тут были громоздкий шкаф с зеркалом, две табуретки и кровать с никелированными спинками. Ложе накрыто цветастым одеялом, под которым виднелись очертания лежащего тела. Лицо больного человека заслоняла плотная фигура мужчины, сидевшего у изголовья спиной ко входу. Плечи парня обтягивал бордовый свитер. Что-то показалось мне знакомым, но я не успела сообразить, что именно.
