А еще у Левы появилось что-то вроде мании преследования, если Ася просила его сходить, к примеру, в булочную, он бледнел и лепетал:
– Но, Асенька, вдруг там они!
Кто это такие и что «они» способны сделать с Левой, Ася так и не узнала. Любые расспросы на эту тему доводили бывшего заключенного до слез. Может, начни он буйствовать, Ася бы и помчалась к психиатру, но от Левы никаких неприятностей не было."
"Днем он сидел на кухне и писал какую-то работу, шуршал бумагой, словно пугливая мышь. Ел Лева как черепашка, ходил в старом тренировочном костюме Пети, не курил.
Единственный расход – бумага, которую Ася покупала на складе за полцены.
Прошло несколько лет, и произошло невероятное событие. Однажды в квартире раздался телефонный звонок и приятный женский голос спросил:
– Можно Льва Яковлевича Глоткина?
Ася покосилась на Леву, сосредоточенно водившего по листу ручкой, и ответила:
– Он сейчас подойти не может.
– А вы ему кто? – прозвучал вопрос.
– Ближайшая родственница, – обтекаемо сообщила Ася.
– Передайте Льву Яковлевичу, что его ждут в адвокатской конторе… – сказала дама.
– В чем дело? – испугалась Ася.
Женщина вздохнула:
– В хорошем. Наследство ему получить надо.
На следующий день Ася, прихватив паспорт Льва Яковлевича, отправилась по указанному адресу и встретилась с очень милой дамой, адвокатом Перумской Анной Ивановной. Бросив беглый взгляд на документ, Анна Ивановна рассказала ну просто невероятную историю. В Америке умер Константин Миано. Никаких родственников у мужчины не имелось.
Он был известным ученым, много зарабатывал, несколько раз получал престижные премии, к которым прикладываются чеки на очень солидные суммы. В свое время Костя сбежал из СССР вместе с матерью, тоже ученой с мировым именем. Эсфирь Леопольдовна и Константин владели домом на берегу океана, счетом в банке и небольшим, но приносящим стабильный доход предприятием. И вот теперь, после преждевременной кончины Кости, все богатство отходило Леве.
– Но почему? – только и сумела спросить Ася.
Анна Ивановна еще раз пролистнула паспорт Левы и внезапно нахмурилась:
– Здесь нет штампа о браке с вами.
– Лева недавно менял документ, – вдруг соврала Ася, – в милиции велели в загс сходить, но муж очень нелюдимый, он сюда поэтому меня и послал. Для него на улицу выйти – подвиг.
Анна Ивановна покусала нижнюю губу, потом протянула Асе несколько листов:
– Это письмо объяснит все. Константин Миано не скрыл правду. Отдайте послание мужу, ему решать, как действовать дальше.
