Но я обратилась именно к тебе, чтобы все осталось в пределах семьи. Итак, ты выполняешь мою просьбу, и покончим с этим.
— Нет, не могу.
— Почему?
— Штефан убьет меня, если узнает.
— Ничего такого он не сделает.
— Я даже в спор вступать не буду. Увольте.
Таня искренне удивилась упорству Василия.
— Хорошо, тогда я найду еще кого-нибудь. И она повернулась, чтобы уйти, но Василий схватил ее за руку. Он был в полной растерянности.
— Неужели у вас не было ничего такого в прошлом, чтобы сравнить без этой глупой проверки? Ну вспомните хотя бы одного парня, который целовал вас до Штефана.
Поройтесь в памяти, ради Бога.
— Я старалась вспомнить, но те несколько поцелуев, которые мне перепали, были неожиданными и нежелательными, после них я хваталась за нож.
Василий весьма неохотно сдался.
— Ну хорошо, — выдохнул он. Он наклонился и прикоснулся к ее губам всего на несколько мгновений."
"Таня покачала головой:
— Ты же знаешь, какой поцелуй я имею в виду, Василий. Это и не поцелуй вовсе.
Он вспыхнул, снова схватил ее за руку и потащил куда-то.
— Куда это мы? — недоумевала Таня.
— Если вы хотите, чтобы все было по-настоящему, то этого не следует делать на глазах у людей, которые могут поставить в известность Штефана. — Он вдруг с опаской поглядел на Таню:
— А вы сами не собираетесь ли сказать ему?
— Если я и буду что-то говорить, я не назову имени.
Этот ответ удовлетворил Василия, и он перестал задавать вопросы. Он завел Таню за карету, в которой она обычно спала, когда они разбивали на ночь лагерь.
Вокруг не было ни души, но когда Таня тут отдыхала, у каждой дверцы находилось по двое слуг да еще на подхвате были женщины, помогавшие ей, а кроме того, кругом была охрана. Таня не чувствовала себя принцессой до приезда в Европу, однако теперь узнала, что это означает в полной мере — каждое ее желание предупреждалось, целая куча народу обслуживала ее.
Василий проверил еще раз, не подсматривают ли за ними, и заключил Таню в объятия.
Он начал целовать ее не очень смело, но вскоре вошел во вкус. Таня тоже старалась дать волю чувствам и успокоиться. Это было не так уж трудно, но что-то все равно не ладилось, хотя Василий оказался настоящим мастером, почти таким же искушенным, как Штефан. Но это был единственный вывод из явно не удавшейся затеи.
Не прошло и пяти минут, как Таня легонько шлепнула ладонью по плечу Василия. Он выпустил ее и отпрянул назад, приводя в порядок волосы.
