В его глазах метались какие-то игривые искорки, исчезнувшие сразу после того, как Таня заметила это.
— Вы все поняли? — спросил Василий.
— Да.
— Ну и как?
— Ты что, правда хочешь знать? Ее сияющий вид говорил о том, что Василий потерпел неудачу. Он расхохотался.
— Вы никогда не были обо мне высокого мнения, принцесса Поэтому пощадите мои чувства на этот раз
Глава 44
Весь вечер Таня с нетерпением ожидала возвращения Штефана. Он с Андором отправился в какую-то деревню, чтобы расспросить о положении на дорогах и заодно заказать большой завтрак для всех на следующий день, когда они появятся там на следующее утро.
Кроме того, необходимо было пополнить запасы, которые следовало бы тоже приготовить к утру.
Лазарь сказал Тане, что в этих краях промышляют разбойники и вообще полно бродяг, которые тоже часто грабят проезжих. К сожалению, путь на север, по которому они направились, пролегал именно через самые опасные места, но через день они уже должны были миновать их. Таня была уверена, что на них не могут напасть — слишком большая у них охрана.
Впрочем, все разговоры о разбойниках мало ее заботили, время от времени друзьям Штефана приходилось ей напоминать, что необходимо быть бдительной — в лесах еще попадались медведи и волки. Почти каждый день ее предупреждали, что ни в коем случае нельзя отходить далеко от лагеря одной, но она только отшучивалась.
Когда Штефан наконец вернулся поздно вечером, Таня попыталась поговорить с ним, но он сказался усталым и не стал ее слушать. Утром он оказался слишком занят — сворачивали лагерь.
Он предложил Тане отложить разговор до вечера. А вечером он опять устанет?
Тогда; она и припомнила все предупреждения о таящихся вокруг опасностях и запрещении покидать место стоянки без сопровождения. Она также вспомнила, как переживал за нее Штефан, когда она прыгнула в реку, он боялся, что она погибнет. Что ж, если он не обращает на нее внимания, надо исчезнуть — тогда он явно забеспокоится!
Таня ни в коей мере не собиралась подвергать себя опасности.
Она и не отойдет далеко от карет, чтобы «заблудиться», ну разве настолько, чтобы до нее можно было докричаться. Можно и не отвечать, когда он ее позовет. И не следует появляться, пусть поволнуется. Зато потом обрадуется, что она нашлась, и выслушает ее наконец;
Таня понимала, что подвергает испытанию обещание Штефана. Скорее всего он рассердится, как всегда. Но от этого весь ее план выглядел более захватывающим, поэтому Тане не терпелось осуществить его.
