К чему эта таинственность, если мои ветра и так уже запомнили дорогу, и вернуться сюда ещё раз для меня не составит труда? Или возвращаться уже не придётся? Хотя если я отсюда уже не выйду, то зачем было завязывать мне глаза?
В самом доме пахло необычно: свежее дерево, штукатурка, краска. Будто недавно закончили ремонт. Наконец меня завели в комнату, и провожатый закрыл за моей спиной двери, поддев напоследок узел повязки. Стянув её, я осмотрелась. Просторная комната с наглухо задёрнутыми шторами, дорогая мебель, неяркие фламболи, разожжённый камин.
Множество книг, сваленных по большей части на пол у полупустых стеллажей: словно их хозяин только что переехал в дом и ещё не решил, в каком порядке их расставить.
Обнаружился и он сам: сидящий ко мне спиной на низком диване перед потрескивающим огнём. Тёмные волосы, короткая стрижка, крепкая фигура. Но моё внимание привлекло другое: распахнутый халат сидящего сполз с одного плеча, обнажив часть спины и обширную татуировку на ней.
Увидеть рисунок полностью мешала ткань и невысокая спинка дивана, но додумать было не сложно…
По лопатке, залезая на плечо и шею, вились кольцами щупальца гигантского осьминога, они же цеплялись за мачты судна. От фигуры мужчины веяло опасностью. И одновременно спокойствием. И чем-то ещё, смутно знакомым…
Я заметила какое-то движение у его коленей, а потом увидела светлую головку девушки, сидящей перед мужчиной на полу. Её руки ритмично трудились над чем-то и сама она тоже раскачивалась в такт движениям.
Я поморщилась от очевидно пошлой картины и спросила первое, что пришло на ум. Чтобы хоть как-то начать, обратить на себя внимание, прекратить эту неприятную интимную сцену:
– Кто вы?
Мужчина молча отстранил девицу, даже не обернувшись на голос. Та беспрекословно поднялась, запахнула на нём халат и вышла в неприметную дверцу, не поднимая глаз.
И заговорил.
А мне будто дали под дых, едва я услышала этот голос. Этот тембр… Такой близкий, такой родной… Такой уже почти забытый…
– Не хочешь сперва узнать, где ты? – усмехнулся он.
– Извини за эту таинственность, но так хотелось сделать тебе сюрприз.
Я сглотнула и послушно переспросила севшим голосом:
– И… где же?
Хотя и так уже уловила запах георгинов, что всегда распускались в это время года. А сажали их только в одном квартале.
– Дома, Брис, – и он, всё так же не оборачиваясь, приглашающе похлопал по дивану.
