А до тех пор…
Эрланн хмурил брови, не понимая, что происходит. Да что ж вы такой недалёкий, разозлилась я. Что думали: легли под Дно и всё, проблем не будет? Поверили обещаниям Того, Кто Ещё Ниже? Да Коста и не такое мог наплести. Увешанный артефактами мэтра Норрига, что и ложь наверняка могут скрыть перед теневиком, он мог наговорить что угодно. А Коста очень, очень любит играть в «Верю – не верю»…
– Вы говорите правду, – удивлённо прислушался кейре. – На самом деле в повторной легилименции нет необходимости, я тоже чувствую несоответствие запахов.
Эрланн, подойдите ближе. Бадьян?
– Здесь это называется анис, – подсказала я. – А тогда в парке пахло только кожей и перцем.
Эрланн хмурился всё сильнее, не зная тех подробностей, до которых докопалась я.
– Ветерок, Ветерок… – укоризненно прошептал мне на ухо Коста. – Зачем же ты так. Я тобой недоволен. Поговорим дома.
От его ласкового шёпота мороз продрал. Я не хочу домой. У меня нет дома. Он точно не у Леффенстайн, не у Косты. И не в доме на Кирстегат. Там теперь всё новое и чужое.
И там до сих пор чувствуется еле уловимый запах гари. Но там дядя и Хвенсиг. Нет, не настолько же он жесток, чтобы тронуть их, если я не захочу пока возвращаться… А именно сейчас я не хочу.
Коста не простит мне этого непослушания. Если я окажусь не права, то сама потом извинюсь. Но только когда выясню всю правду о том, кто действительно подставил Орканов. И если это действительно были родственники Эрланна, то что ж… Я сделаю, что нужно. То, что уже пообещала дяде.
То, чего хочет Тот, Кто Ещё Ниже. То, что сама не раз представляла в своих упоительных грёзах о мести. До третьего колена, да. А после вернусь с повинной. Но сегодня, Коста, я останусь здесь.
– Кейре Астингтон, – я лихорадочно соображала, что бы такого сказать, чтобы не позволить Косте увести меня.
Признаться, что связана с преступным миром Дансвика? Кейре, похоже, и сам в это не верит. Тщедушная девица в мужской одежде. Бывшая послушница Сёрвики. Кузина аж двух служителей закона. Куда такой крутить воришками и мошенниками… Не поверит.
А Коста ещё и посмеётся на публику, уверив всех, что я из-за особого положения немного не в себе…
А, может, я действительно не в себе? Потому что – какой раз за день! – из меня вдруг вырвались слова, которых Принцесса в здравом уме никогда бы не произнесла.
– Кейре Астингтон, – ровно повторила я. – Вчера вы спрашивали, как меня зовут. Я вам солгала, прикрывшись вашими собственными словами, поэтому вы не почувствовали ложь.
