Даже такое простое действие вдруг потребовало от меня огромных усилий.
Уже через пару минут в комнату деликатно постучались. Вошли двое. Немолодая служанка, поклонившись Эрланну, поставила у кровати поднос. Незнакомый мужчина занял место Эрланна на краю кровати. Энергично растёр ладони, окутавшиеся сиянием, деликатно поводил ими над одеялом. Удовлетворённо кивнул.
– Сами магические контуры целы, мон Эрланн, без особых разрывов, – сказал целитель. – Да и те не критические, затянутся за несколько дней. Только вы уж, милая барышня, воздержитесь пока от использования стихии.
Магическое истощение – это вам не шутки. Меру то надо знать. В собственные жизненные силы залезли – ну куда это годится? Так ведь и покалечить себя можно. Ещё немного – и не только бы контур в лохмотья, а уже все ваши нервы-жилочки сшивать бы пришлось. А такое не один месяц делается… И как только нынче молодёжь магии обучают?
– Только в свои залезла? – оборвал его Эрланн. – А…
– Нет-нет, ребёночек целый, не задело, – успокоил его целитель.
– Девочка будет, кстати. Вот опять же, барышня, чем думали? Вам же не только о себе теперь заботиться…
Так всё же правда… Увы, не та, с которой я готова мириться.
– Спасибо, э́ктере О́стунц. Я попрошу вас зайти ещё утром.
Эрланн дал понять магу, что его визит окончен. Но я ухватила целителя за руку и попросила хриплым голосом:
– Избавьте меня от него. Вы же можете.
Лекарь, кажется, не сразу понял, о чём я. Сначала посмотрел на Эрланна, потом наконец сообразил. Возмущённо распахнул глаза и только открыл рот, чтобы ответить, как Эрланн вежливо поднял его с кровати и чуть не вытолкал за дверь.
– Брис, – тихо сказал он, вновь подойдя ко мне и присев на край кровати.
Я отвернулась. Кристар хотел что-то сказать, но передумал.
– Где Хвенсиг? – спросила я.
– В соседней комнате, спит. Сейчас поздний вечер. Позову его утром.
– Долго я?..
– Почти сутки.
– И… где мы?
– Поместье Эрланнов. Лардуолл.
Значит, сработал «дальний» портал. Вывел куда нужно. Всё-таки сбежали… Вот только что будет дальше? По меньшей мере, пару дней придётся отлежаться: никогда не чувствовала себя такой разбитой.
А, значит, тяжёлых разговоров тоже не избежать.
– Будешь бульон? – мягко спросил Эрланн.
Не знаю почему, но вдруг зацепило, что именно спросил. Не стал убеждать, что мне это сейчас необходимо, или кормить против воли. Так отвратительно было чувствовать себя беспомощной.
– Позже, – чуть подумав, согласилась я.
Он только кивнул, не возражая.
