Принц б/у

На его голой головенке болталась сбившаяся набок шапочка, а большие прозрачные уши светились нежным розовым светом.

«Одуванчик» оказался девочкой. Из тех самых, перспективных. Перспективность заключалась в анализах. Но денег на операцию не было. Как Маргоша узнала позже, мать пыталась продать квартиру, но в РОНО не разрешили. По закону получалось, что она ущемит таким образом права ребенка, взятку сунуть не получилось: сотрудники оказались честны и неприступны. Бесплатные лекарства медленно разрушали организм четырехлетней Аленки, а вместе с ним и надежду на спасение.

– Я нарушила правила, на красный свет проехала, – сокрушенно сказала девчушка, виновато подняв на Риту огромные карие глаза. – С меня нужно взять штраф. Ты сладкое ешь?

– Нет! – оторопев от неожиданности, выпалила Маргоша.

– Тогда пошли к нам пить чай! – обрадовалась Аленка, изумив гостью детской непосредственностью.

Весть о том, что к Вике явилась спонсорша, распространилась по отделению молниеносно.

Борясь с затапливавшими ее эмоциями, Рита попыталась выстоять до конца, попив чаю и даже посмотрев Леночкины фотографии и игрушки, с которыми девочка ее знакомила, строго соблюдая очередность. Рыдала она уже в машине. Ей было так плохо, что пришлось звонить Максиму, чтобы он приехал за ней.

Аленкой занимался уже он сам. Ей очень долго не могли найти донора, потом девочка умудрилась простудиться прямо перед операцией, но в результате все закончилось благополучно. Рита же довела до победного конца эпопею с Викой, но, придя на выписку, поняла, что вынести общение с родителями без слез не сможет, а пугать девочку своими рыданиями, пусть даже и счастливыми, не хотела.

Вина перед Максимом постепенно притуплялась. На благотворительные балы и мероприятия они стали ходить вместе.

– Так что решили? Будем с внуками нянчиться? – Максим обнял ее и пощекотал за ухом.

– Хорошо бы для начала познакомиться и с предполагаемой мамой. И вообще, это не предмет для шуток. Я не готова стать бабушкой!

Рита нервничала. Обычно Алексей всегда докладывал об изменениях в личной жизни, а то, что он упорно молчал уже месяц, наводило на мысль, что на сей раз все серьезно. Маргоша не готова была стать не только бабушкой, но и свекровью.