Принц б/у

 – Вдруг с ним там что-нибудь случится, а я же даже не узнаю!

Она отчаянно всхлипнула и вдруг с оскорбленным видом повернулась к Татьяне:

– Представляешь, я, может, всю жизнь его ждать буду, а он там на эскимоске какой-нибудь женится или, наоборот, в сугробе замерзнет! Свинство!

– Да уж, – немедленно согласилась Татьяна. – Забудь его лучше, найдешь другого.

– Не хочу другого, я его люблю, – вернулась к образу брошенной возлюбленной непостоянная Маргоша и снова принялась жалеть себя.

Когда она вдоволь настрадалась, Татьяна решительно произнесла:

– Ты вот что… Не приходи пока ко мне, у нас ящур в поселке.

Я сама к тебе стану забегать.

При слове «ящур» Маргоша немедленно представила чудовищную помесь варана с динозавром, ползающую по колдобинам поселковых улиц, подволакивающую жуткий пупырчатый хвост и лязгающую зубами, с которых капает ядовитая слюна.

– Кошмар, лучше тебе не знать, – безапелляционно отрубила Татьяна, а Маргоша опасливо оглянулась.

– Придешь домой – руки помой с мылом и дыши тут только с закрытым ртом, – добила ее Соколова, после чего Маргоша, тихо пыхтя сквозь зубы, молниеносно попрощалась и вспугнутым сайгаком понеслась домой.

Чтобы Николай и от нее не уехал в дальнюю командировку за Полярный круг или на экватор, Татьяна при следующей встрече, едва он заснул, выудила у него из кармана пропуск и старательно переписала название НИИ, в котором он работал. К сожалению, паспорта у него при себе не оказалось.

Погруженная в печальные мысли, наглыми термитами пожравшие все радостные краски наступившего лета, Маргоша чуть не пропустила мамин день рождения.

Светлане Федоровне исполнялось сорок три года, то есть никакого громкого юбилейного торжества не планировалось, тем не менее родители начали готовиться к празднику загодя. Примерно за месяц до события, когда роман с Колей только начинался, о чем, естественно, никто не знал, мама многозначительно пошевелила бровями и страшным шепотом сообщила папе, разламывавшему с паяльником в руках очередной старый приемник:

– Ты в курсе, что дочери уже восемнадцать?

– Угу.

 – Папа хищно ткнул паяльником в вонючую кучку мелких огрызков неизвестного назначения и сдвинул очки на кончик носа.

– И какие у тебя мысли по этому поводу?

– Сейчас я весь этот хлам вынесу на помойку, где ему самое место! – тихо рявкнула Светлана Федоровна. – Отвлекись от своего идиотского хобби и вернись к людям. Дочери замуж пора.