Принц б/у

Она на предельной скорости метнулась к дверям и открыла их, проигнорировав постыдный факт его падения:

– Что-то душно у нас стало.

Открытые двери давали некоторое ощущение защищенности: можно было позвать на помощь, убежать, да и он не рискнет при открытых дверях повторять свои пируэты.

Николай со старческим кряхтением разогнулся. Ковбои, конечно, тоже иногда падают с лошади, но у них это получается красиво. Шлепнуться на глазах женщины, как куль с опилками, было стыдно, но, поскольку лучшей защитой всегда считалось нападение, он капризно сообщил:

– Я, между прочим, не кусаюсь.

Что ты от меня бегаешь, словно я неандерталец с дубиной? У меня нормальные мужские инстинкты, может, чуть сильнее развитые, чем у других. Я не могу спокойно реагировать на красивую женщину, если чувствую исходящие от нее флюиды.

«Сам ты… флюид», – злобно подумала Маргоша, представив, как от нее жужжащим и ощетинившимся роем несутся за Колей эти самые флюиды. Но вслух комментировать не стала, лишь виновато улыбнувшись и потупив глазки:

– Ты понимаешь, я не так воспитана.

Я очень несовременная.

– Да уж, – обиженным тоном подтвердил Николай, не преминув зацепить ее еще раз: – Ты, безусловно, из другой эпохи. Современным сейчас лет по двадцать.

Это было уже незавуалированным хамством, но Рита была слишком уверена в своей привлекательности, чтобы реагировать на подобные укусы.

– Видишь ли, я считаю, что любые отношения возможны только с мужем. Внебрачные связи недопустимы. В этом моя проблема.

 – Она печально склонила украшенную аккуратной стрижкой головку, пряча истерическое веселье в глазах.

– Да уж, – озадаченно подтвердил Николай. – Проблема у тебя капитальная.

Он никак не мог сообразить, чем это черевато лично для него. И значит ли ее сдвиг по фазе, что у него нет шансов? А зачем же она тогда его охмуряет?

– Но как только я увидела тебя, со мной начало твориться нечто странное, ты словно разбудил меня от летаргического сна, – ответила Рита на его невысказанный вопрос, вспомнив отвратительную книжонку с примитивным любовным романом, изобиловавшим кружевными и розово-сопливыми диалогами нереально красивых героев, обнаруженную у Лидки на даче.

Лида, не реализовавшая свое женское «я», читала эту мишуру взахлеб, не признавая насмешек над своим хобби. Чем круче взбирался в гору ее торговый бизнес, начатый с помощью одного из Маргошиных благодетелей, тем примитивнее и тоньше становились мыльные самиздатовские брошюрки.