Принц и нищенка

— Мам! Прямо сейчас надо! — я взволнованно на нее смотрю, — Тетя Таня, Пашкина мамка, постоянно же отправляет кого-то на лечение за границу, позвони ей!

— А что с ним вообще такое? Онкология?

— Я ничего не знаю, знаю только фамилию, имя и где лежит…

— Ну хорошо, — она кивает, — Вечером позвоню.

— Нет, не вечером! Прямо сейчас звони! Где твой телефон?

— Что за истерика, Филипп? — мать удивленно на меня смотрит, — С каких пор ты так сильно проникся чужими проблемами?

— А за сколько вы купили мою машину? — бормочу еще быстрее.

— Ты продать ее хочешь? Да что там за мальчик? — мама округляет глаза.

— Просто мальчик. Обыкновенный. Маленький.

— Даже с деньгами, к сожалению, не все лечится…

— Маааам! Давай звони! — я ее подгоняю и не слезаю до тех пор, пока она не набирает тетю Таню.

Почему жизнь так несправедлива? Почему жизнь вообще такая? За что это Сереге? А дикарке за что? Зачем я вообще с ней познакомился, раньше жил себе припеваючи и даже не думал, что не всем так же хорошо, как мне.

Конечно, я знал, что такое бывает. Но раньше оно было чужое, далекое, а теперь, когда я встречаюсь с человеческим горем лицом к лицу, мне очень сложно держаться.

Я не могу найти себе места все выходные, постоянно думаю о нем. И о ней. Какая же Чумакова все таки сильная и храбрая. Я был готов разныться, как баба, когда понял, что Серега не жилец, а она смогла выстоять до самого выхода. Сохранил миллион объявлений о пристрое рыжих котов, Ваське осталось найти более-менее похожего.

Можно же сказать, что Жулик похудел, потолстел, облысел и тому подобное… В воскресенье вечером мать сказала, что тетя Таня постарается помочь и я надеюсь, что она постарается сделать это очень быстро. Кое-какие справки она уже навела и поговорила с директрисой детского дома и Серегиным лечащим врачом. Я уже давно не ребенок, а все равно хочу верить в чудо.

В понедельник Чумакова по фоткам выбрала самого плешивого кота и мы вместе за ним поехали. Она жутко удивилась моему активному участию, а мне стало обидно, что она считает меня таким черствым.

В школу тащить его было нельзя, он же может мяукать на всю округу, пришлось ехать ко мне домой и селить нового Жулика в моей комнате. Мы договорись во вторник прогулять уроки и отвезти кота Сереге.

Только не успели. Как только я услышал быстрый стук в дверь и увидел ее взволнованные глаза, сердце сразу же оборвалось.

— По Жулику отбой! — говорит сбивчивым голосом, — Серегу вечером забрали в Москву.