Принц на рождество

Белоснежные зубчатые башенки, красно-коричневая черепица, огромные двери из темного дуба, над которыми висел щит с гербом Риттании.

— Интересно, что будет, если он упадет? — тихо пробормотала девушка.

— Кто-то может лишиться головы, — так же тихо ответил лорд Эванс.

— Какие варварские обычаи — обезглавливать слугу за капризы господина.

— Не думаю, что принц станет капризничать, он уже вышел из этого возраста.

— Вы сами сказали, что если щит упадет…

— То тот, на кого свалится эта громада может лишиться головы, — кивнул лорд Эванс.

Эбигейл заметила, что его губы подрагивают, словно он старательно сдерживался, чтобы не улыбнуться, и сердито отвернулась.

— Эбби, смотри! — Джул протянула руку, указывая куда-то вверх. Девушка хотела сделать замечание, что не стоит так себя вести, но невольно проследила взглядом в направлении, указанном племянницей и вздрогнула: на них смотрела горгулья. Маленькие, глубоко посаженные глаза зло сверкали на вытянутой морде, уши, напоминавшие козьи, были прижаты к голове, а рога, наооборот — направлены на чужаков.

— По преданию горгульи охраняют королевскую семью от злых сил, — лорд Эванс, заметив, что спутница рассматривает горгулий, подошел ближе. — Говорят, их вопль способен разрушить любые злые чары.

— И часто они вопят? — спросил Тимоти.

— Я ни разу не слышал, как и не видел, чтобы они ожили, — лорд Эванс виновато улыбнулся разочарованию детей и кивнул на огромные, в три человеческих роста, двери замка.

Поднимаясь на крыльцо, Эбби все-таки обернулась и еще раз взглянула на горгулью. Показалось, или каменный монстр проводил ее задумчивым взглядом. В огромных дверях обнаружилась еще одна дверь, гораздо меньше. Именно ее ра пахнул лакей, как только гости поднялись по ступеням.

— Добро пожаловать, — поприветствовал он. — Милорд, с возвращением!

— Спасибо, Йонас, — кивнул лорд Эванс, пропуская гостей вперед.

— Благодарю, милорд, конечно!

Эбби украдкой закатила глаза. Попытки лорда Эванса показать, что в королевском замке Риттании достойно относятся ко всем раздражала. Эбигейл прекрасно помнила, что было сказано этим человеком Мелиссе в день помолвки с Томасом. Вкрадчивый голос зазвучал в голове так явно, словно Эбби опять собирала ежевику за беседкой. Затаившись в зарослях, она слышала каждое слово.