Принц на рождество

— Зато он действительно любил вашу маму… и вас…

Близнецы кивнули, но радость поутихла, а девушку вновь охватило раздражение, смешанное с сожалением, что она поддалась шантажу. Надо было выставить лорда Эванса за порог, но тогда…

Эбби вновь с тревогой взглянула на племянников. Неважно, что она чувствует, она никому не позволит отобрать их!

Следуя указаниям лорда Эванса, миловидная горничная проводила гостей в их комнаты. Спальня показалась Эбби огромной. Золотисто-кремовые стены, ореховая мебель и огромные окна, от вида из которых захватывало дух.

К спальне примыкала гардеробная, в которой висели чьи-то платья, и далее — ванная комната, с амулетами для нагревания воды, теплыми полами и огромными пушистыми полотенцами, на которых золотом были вышиты гербы Риттании.

С сожалением взглянув в сторону огромной медной ванной, Эбби поспешила выйти и, поручив горничной, разложить немногочисленные вещи, направилась к детям. Близнецам подготовили смежные спальни, вход в которые шел через комнату, наполненную игрушками.

Нахмурившись, девушка недовольно разглядывала их: небольшая крепость с пушками и солдатиками, кукольный замок со всеми обитателями, даже лошадьми и белоснежной каретой.

— Эбби, правда это волшебно! — Джул, оторвавшись от игрушек подлетела к тете. — А моя спальня розовая! А над кроватью — настоящий балдахин, как у принцесс!

— Девчачьи нежности, — фыркнул Тимоти, выходя из своей комнаты и с вожделением посматривая в сторону крепости.

— Да? — откликнулась девочка.

 — Ты говоришь так, потому что завидуешь! В твоей комнате кровать узкая!

— Что ты понимаешь! Зато она — настоящая походная! На таких офицеры спят в войну! Ты мне просто завидуешь!

— Было бы чему! И не смей подходить к моим куклам!

— Сама не подходи к крепости!

— Тише, тише, — Эбби поспешила успокоить племянников. — Иначе слуги подумают, что вы дурно воспитаны! А вы же — племянники самого короля!

Она тут же пожалела о сказанном, поскольку на нее посыпался шквал вопросов:

— А когда мы увидим его?

— А скоро он придет?

Раздавшийся стук прервал их.

Дверь отворилась и в комнату вошла женщина в темном платье. Не молодая и не старая, русые, чуть тронутые сединой волосы убраны в узел на затылке, а серые глаза добродушно смотрели на мир. Она вся была какая-то пухленькая и уютная.

— Добрый день, — весело поздоровалась она. — Я Молли, старшая горничная.

— О, — протянула Эбби, гадая, зачем та пришла.