Принцесса из борделя

Девушка погрустнела.

– Все сложнее. Да, чаще всего все случается именно так – она видит его, он ее, и они понимают, что Богиня избрала их друг для друга, и отныне они навсегда будут вместе. Но иногда между ними может не возникнуть ответного чувства, а еще для одной эльфийки в мире может быть несколько половин, а не одна.

Я честно пыталась понять, в чем же тут отличие от человеческих «влюбленностей», но получалось с трудом.

– Так как же так, если Богиня благословляет союзы?!

– В своей мудрости она оставляет своим дочерям возможность найти новую пару, если возлюбленный покинет этот мир.

Но невзаимные чувства и единение с двумя или тремя мужчинами настолько редки, что об этом пишут книги, поэмы и ставят пьесы… О, Лобелия, – оживилась Нани, – ты обязательно должна услышать «Горечь жемчужных слез» в исполнении Матанис, она так чудно поет эту песнь! Ты не сдержишь рыданий, когда услышишь историю Амарилль… Эмендиль Лазурный – просто потрясающий поэт и драматург!

Я бы отрицала это даже под пытками… но не могла не подумать о Шанталь и Луциане, могло ли и у них «не получиться пары»… А следом за тем, меня догнала еще одна мысль от которой аж мурашки побежали по спине…

– Нани… я, если честно, не понимаю и не знаю, как спросить.

 – Пожалуй, волнение в моем голосе с потрохами выдало то, что Луциан мне не безразличен. – Луциан и Шанталь они же вместе… так значит он не человек? В смысле он эльф? Но уши не такие, как у вас, да и вообще…

Девушка лукаво улыбнулась и ответила, задумчиво разглаживая ладошкой складки платья у себя на коленях.

– Не удивлена, что он не рассказал тебе. Луций – половинчик, адан. Для него это обидное прозвище, поверь! Так мы называем тех, кто происходит от союза эльфов и людей. Его мать – двоюродная сестра моего отца, а отец Луциана был человеческим колдуном, как и он сам теперь. Да, случается и такое, но совсем уж редко – если Лантишан благословляет эльфийку и человека, то это определенно многое значит. Вот, например, наш Луциан… ты даже не представляешь, насколько у него необычная судьба.

Но не спрашивай, – опередила она мой следующий вопрос, – я не буду тебе рассказывать то, что так важно его сердцу. Я бы не хотела, чтобы и ты открывала кому-то, что так важно моему. – Намекнула девушка на приватность нашего откровенного разговора.

– Нет, я никому не скажу. – Подтвердила я, а сама мыслями была в лесу под тем самым дубом, где вытряхнула из бутылочки пятерых замечательных личинок жука-древолаза.