Принцесса из борделя

Люстра со свечами над центром комнаты, подсвечники на тумбах у стен и даже вазы, вмещавшие в себя дивные компазиции из сухих цветов, были сплошь сделаны из золота, а в самом центре всего этого великолепия, разглядывая язычки пламени в камине, отделанном розовым мрамором, стоял он.

Каштановые волосы, аккуратно откинутые назад спускались на плечи, едва доставая золотого ворота к которому крепился короткий плащ из красного бархата, отделанный по краю собольими шкурками. От того же ворота на одну из рук перетекал металлический доспех… золотой доспех, скрывавший руку практически до запястья.

Метал был украшен гравировкой, изображавшей сплетение кругов и витееватых снаков, и инкрустирован драгоценными камнями – алмазами и рубинами.

«До чего же необычный символ королевской власти в Розамундских землях, нет бы как все – надеть корону поувесистей» – подумала я и замерла, потому что мой король обернулся, окинув меня холодным взором…

И я потеряла дар речи.

Должно быть, замешательство живо отразилось на моем лице.

Безошибочно узнав мою эмоцию, мужчина возмущенно фыркнул и, кинув какую-то бумагу, что сжимал в руке в жадную до всего горящего пасть камина, отошел к столику между нами, чтобы наполнить бокал.

Красное вино медленно лилось из золотого кувшина в золотой кубок, а мой господин не отрывал от меня холодного взгляда.

Теперь я видела, что и рост его был ниже и волосы имели совершенно другой, более темный оттенок… вероятно, мне так хотелось вновь встретиться с королем, что я просто принимала желаемое за действительное! Но кто же этот человек?

Мужчина был несомненно красив: четкий контур лица, прямой нос, острый взгляд стальных серых глаз из-под ярких черных ресниц, чувственные губы со слегка приподнятыми уголками… но не от того, что мой господин улыбался, скорее это выражение его лица говорило о сдержанном возмущении.

Наполненный кубок предназначался вовсе не мне – он задумчиво пригубил его, смакуя вкус и только затем произнес.

– Я вижу ты разочарована? И кого же ты ожидала увидеть на моем месте? – Голос его был тяжелым, бархатным, но в то же время холодным, как взгляд его блестящих серых глаз.

И я не подбираю эпитеты к цвету, они действительно будто едва уловимо светились изнутри, как у волка или кота в темной комнате. – Быть может того, кто подарил тебе столь богатое платье? Насколько я знаю, такие как ты предпочитают не тратить много на подобные наряды. Какая разница, ведь вскоре все равно снимать.