Принцесса из борделя

Но поднимать руку?

Воздух рассек ее замах и мою правую ягодицу нестерпимо обожгло – она била сильно, зло, выпуская пар, наслаждаясь каждым моим вскриком. Мадам Кардамон хватило всего на шесть ударов, но каких сильных – кожа на попе горела огнем, словно к ней приложили раскаленную сковородку. Я плакала беззвучно, до крови закусив губу.

Габдал отпустил меня только увидев, что мадам опустилась на край кровати и устало отерла подушкой раскрасневшееся лицо.

Не в силах держаться на ногах, я сползла к его ногам, отметив до чего напряглась в штанах его мужская суть.

Это было так противно.

Я не могла дышать, не могла плакать, не могла даже сесть на пол, лишь неуклюже развалиться, перенеся вес на одно бедро. За что же мне все это, ведь я исполнила то, что было обговорено в точности.

Так что же, вот она моя награда?

– Ладно, идите уже отсюда, а то вон у Габдала сейчас штаны порвутся. А швея-то у нас даже сидеть не может, не то что шить. Заказывай потом вам приличную одежду… – дождавшись, пока охранники уйдут, мадам Кардамон сползла с кровати на пол, сравнявшись со мной взглядом. Даже протянула руку к моему колену, видимо, то был примирительный жест, но я отшатнулась.

 – Ну, ну. И ты меня пойми, нельзя мне такое просто так спускать – уважать перестанут.

Я непонимающе подняла на нее заплаканные глаза. Да что она вообще несет? С дракона моду взяла настроение, как перчатки менять? Вот она грозная фурия, грозящая смертью, а теперь вновь медовая, все понимающая мадам? Неужели этой женщине самой от себя не тошно?

– Я ведь до последнего думала, что вы все втроем это против меня спланировали.

Все с самого начала предусмотрели. А потом ты вернулась, и я по глазам твоим поняла, что ты не при чем. Это все они одни, сестры твои, но тут уже ничего не попишешь. – Сказала она и грустно улыбнулась. Проникновенно так, будто ей и правда было жаль.