Принцесса на замену

– Пожалуйста, спрашивайте по одному! – взмолилась я, но услышали только те, что стояли в первых рядах, а задние продолжали выкрикивать, и толку от этой просьбы было немного.

Растерянность была такой сильной, что не знаю, чем бы это интервью закончилось. Вряд ли чем-то хорошим, вся моя выдержка ушла на триумфальный выход. Но на мое счастье, или Тамир сообразил, или сам Люк увидел все это безобразие.

– Дамы и господа, я просил ваши редакции аккредитовывать только профессионалов, так где же ваш профессионализм?

Люк, улыбаясь, пробился ко мне, его толпа журналистов почтительно пропустила.

У меня вырвался облегченный вздох.

– Принцесса ответит всего на пару вопросов, прошу нас понять, все хлопоты с переездом и воссоединением семьи требуют очень много энергии.

Ближайший ко мне мужчина, кажется, тоже был рад установившемуся порядку. Он явно волновался – может, впервые был на таком празднике? Что ж, это нас даже роднило в какой-то мере.

– Что вы чувствуете, оказавшись вдруг принцессой? Об этом мечтает каждая девушка!

– Оказаться принцессой менее ошеломительно, чем вдруг найти родного брата.

Я всю жизнь была одна, и теперь оказаться членом семьи – довольно необычное ощущение.

– С мамой, но она, к сожалению, умерла.

– Ваша мать была любовницей императора?

– Я думаю, не стоит ворошить дела мертвых. Что бы ни происходило между ними, это в прошлом.

– Но вы – здесь, – продолжала настаивать девица в темно-синем платье. – Каково это – быть незаконнорожденной принцессой?

Люк напрягся. И я бы на месте журналистки сделала то же самое.

Но то ли она не осознавала, по какому тонкому льду ходит, то ли ей было плевать. Может, она вообще, как героиня земной книжки, подменила подругу на интервью с миллионером. Сейчас Люк в нее влюбится и тоже сделает принцессой. Ну, или влюбится Фортем, и все точно будет как в той земной книжке…

Я вдруг поняла, что молчу уже несколько секунд.

– Что ж, незаконнорожденной принцессой однозначно быть не менее приятно, чем законнорожденной. По крайней мере, я не заметила к себе особого презрения, если вы об этом.

– О… нет, я не имела это в виду, – все же смутилась журналистка. – Как вам нравится дворец?

– Пожалуйста, – с улыбкой обратился к ней Люк, – дайте возможность задать вопросы и своим коллегам тоже.

Улыбка эта, впрочем, только смотрелась ласковой. Девушка стушевалась и отошла в сторонку, до конца интервью делая лишь заметки.

Остальные журналисты намеки понимали лучше. И мне отныне задавали самые обычные приятные вопросы.