Принцесса на замену

 – Я же не знала, что она… я…

– Ты пронесла во дворец запрещенное вещество. Ты воспользовалась своими знаниями, чтобы подсунуть вино на кухню. Ты подвергла риску жизни императора и принцессы. Ты обратила то, что мы тебе дали, против нас. Ты не знала, что принцесса прикоснется к вину, но решилась обойти мою защиту. Я ждал иного.

Он снова поднял бокал с вином, стоявший на столе, и протянул девушке:

– Либо так, либо я сам.

Она с ужасом заглянула в его глаза, но не нашла там ни капли сочувствия. Фортем стоял спиной к остальным, но мог поклясться, что главы отделов побледнели, а Люк почти подорвался, чтобы вмешаться.

– Аднар, пожалуйста…

– Я поклялся защищать императора и эту девушку. Даже ценой собственной жизни. Твоя меня больше не интересует. И я говорю в последний раз. Или так, или я сам.

Дрожащей рукой Кейра взялась за ножку бокала, и слезы все-таки пролились, оставив на сверкающей коже две влажные дорожки. Закрыв глаза, девушка сделала несколько больших глотков, а потом еще и еще, до тех пор, пока в бокале не остались лишь капли оранжевого рокового напитка.

– Ваше величество, – произнес Фортем, – благодарю за внимание.

Люк поднялся и молча покинул зал. Ему все еще тяжело давались подобные вещи, но еще год назад парень бы со всей горячностью убедил Фортема простить Кейру. Сейчас Люк думал лишь о том, на каком краю находилась его любимая сестренка и какое чудо спасло ее от того вина.

– На сегодня все свободны, – повернувшись к остальным, хмуро сообщил Фортем.

Зал опустел мгновенно. Медленно, нехотя и чувствуя, как мерзкое разочарование разливается внутри горечью, Фортем повернулся к Кейре. Он успел лишь встретить угасающий взгляд и подхватить девушку прежде, чем та упала на ледяной пол.

Один из стражей вошел в зал и вопросительно взглянул на Фортема.

– Присвойте статус ликвидированной по обвинению в измене и засекретьте. С родственниками я свяжусь сам.

По дороге к кабинету мимо Фортема пронеслась стайка молодежи – опаздывали на очередное занятие.

Когда он только начинал работать в разведке, после каждого решения по таким делам он шел смотреть на Люка и Латора. Они были детьми, все время проводили или в саду, или в комнатах.